Слава шуйвам, никто из наших «карапузов» особо на скульптуры не пялился, все работали. У каждого имелся в руках деревянный молоточек, которым тщательно простукивали основание каждой из скульптур и делали на них отметки угольками. Даже одноногий Руд, опираясь на удобные костыли, передвигался с места на место, ни на минуту не оставаясь без дела.

На самого молодого и указал Леня рукояткой молотка:

– Наш юный друг первым воскликнул, присмотревшись ко всему залу: «Как они идеально расположены! Словно их выставляли под линеечку, с небольшим смещением и в определенном порядке!» После чего уж Багдран… – молоток уткнулся в нашего Кулибина, – сумел вычислить точку, с которой видны почти все находящиеся здесь произведения высшего искусства. Ну а дальше… он тебе сам расскажет.

Я приблизился к большому стенному панно, утопленному глубоко в стену, словно в грот. Здесь и колдовал парень. Распластавшись на нескромных выпуклостях скульптуры, он весьма осторожно, самым деликатным образом простукивал каждый сантиметр произведения и тут же прикладывался к месту удара ухом.

– Звенит? – недоумевал я. – Или хихикает от щекотки?

Багдран глянул на меня осуждающе и довольно строго:

– Не вижу, с чего тут можно хихикать? За этим панно пустота, только местами перемежающаяся ребрами жесткости. Такое впечатление, что тонкий каменный лист оплавили до состояния гончарной глины, а потом «выдавили» с той стороны сюда, создав скульптуру определенной формой.

– Хм? Просто так выдавить не получится, – моя рука указала несколько мест в композиции, которые можно было считать полноценными частичками статуй.

– Недостающие детали можно было позже доклеить к общей композиции, – отмахнулся парень от моего замечания. И без всякого стеснения похлопал по выступающей женской коленке: – Но ты взгляни на всю группу и на вот эту, центральную в ней, даму. Состав квинтета – единственный, где всего двое мужчин и три женщины. Причем самая главная из них, как бы на пике своего блаженства, восседает в позе «трон султанши», расслабленно опираясь спиной на ноги своего партнера. Но именно приоткрытые слегка глаза могут видеть все, что в этом зале. Вот сам встань на этот уступ и оглянись.

Озадаченно хмыкнув, я проделал указанное и оглянулся на зал. В самом деле, с данной точки просматривались почти все тела. Первые скульптуры – наиболее распластанные по полу, вторые – выше; третьи – еще выше и так далее. На дальней стене и на боковых – барельефы теснились в несколько уровней до самого потолка.

Неужели в самом деле изображена местная королева? На этаком балу страсти и вседозволенности? Да еще в такой позе, где ее одновременно умудряются ублажать сразу два партнера и две партнерши?