Бой был жесток и яростен. Напористые туркмены своими острыми саблями смогли нанести сильный урон передним рядам персидской пехоты. Проворные клинки верховых зачастую одерживали вверх в поединке со стальным штыком своего противника, еще не до конца успевшего освоить все премудрости рукопашной схватки. Молодецкий выпад и пехотинец, как правило, падал с разрубленной головой или плечом. Однако моментально на смену павшему бойцу приходило два, а то и три штыка и славный сын песков должен был показать всю свою ловкость и сноровку, что бы не получить удар штыком и попутно защитить свою лошадь.

Минута шла за минутой, но персы упрямо держали спасительное для себя равнения и совершенно не собирались бежать, трусливо подставляя свои спины под хлесткие рубящие удары кавалеристов, как это было раньше. Не добившись быстрого успеха от атаки с фронта, не снижая накала атак, кавалеристы постепенно стали охватывать фланги неуступчивого каре, но пехотные ряды героически держались, опасливо прогибаясь в некоторых местах.

Оправдывая свою грозную славу непобедимых всадников, туркмены продолжали отчаянно рубиться, твердо веря в свою скорую победу. Неся ощутимые потери в людях, они упорно наседали и наседали на вражеские ряды, демонстрируя чудеса верховой схватки.  

В этом сражении кочевники были достойны победы, но фортуна сегодня смотрела в другую сторону. Выиграв драгоценные минуты боя, задние ряды каре успели перезарядить ружья и по команде офицеров дали по врагу сначала один залп, затем другой. Их последствия оказались столь губительными для туркменов, что они моментально отхлынули, прочь, оставляя персам тела своих павших воинов.

Конечно, дети песков не были бы самими собой, если бы не притащили вслед за собой на арканах нескольких пленных, но больше атаковать врагов они не посмели. Получив передышку, персы успели перезарядить свои ружья и, сомкнув ряды, терпеливо ждали новой атаки, которой к их огромной радости не последовало. Прогарцевав еще некоторое время в опасной близи от неприятельского строя, обменявшись несколькими пистолетными выстрелами, туркмены благоразумно отошли, не желая снова испытать судьбу.

Подобная стойкость персидской пехоты объяснялась наличием в её рядах русских инструкторов, которые в самый трудный и опасный момент сражения полностью взяли на себя командование. Именно под их руководством, персидские сарбазы не побежали перед конницей а, сомкнув ряды, как их учили, дали отпор врагу.

Прибывший вместе с главными силами персов генерал Евдокимов, поздравил капитанов Серебрякова и Шехворостова с благополучным дебютом. Начало было действительно неплохим. При девятнадцати убитых и пятидесяти шести раненых со стороны персов, тела сорока двух кочевников лежали на земле перед каре.