— Капитан Смит, ваше судно идёт навстречу гибели. Немногим менее, чем через девять часов, а точнее в двадцать три часа сорок минут, вы столкнётесь с так называемым тёмным айсбергом. Мы установили на него световое сигнальное устройство, но всё же будет лучше, если вы проложите с нашей помощью новый курс.

Седобородый капитан сдержанно кивнул и попросил нас пройти на мостик. Наши собственные судоводители принесли с собой с полдюжины карт, на которых были прочерчены какие-то линии и изображены всякие закорюки. Мне тут же сделалось скучно, но моя жена, которая разбиралась в этом деле много лучше меня, присоединилась к штурманам, а я подошел к иллюминатору и принялся разглядывать океан. Доводы наших моряков были убедительными и капитан Смит изменил курс судна. На всякий случай мы пробыли на "Титанике" до самого утра и лишь тогда, когда лайнер пересёк "аллею айсбергов", вернулись на "Великую Россию". Это было самая негероическая и скучная спасательная операция, но в результате неё все пассажиры благополучно прибыли в Нью-Йорк, где мы всё-таки доказали всему миру, что этот лайнер изготовлен из дерьмового металла с помощью портального крана и стальной болванки весом всего в полтонны. Она пробила в борту дыру много выше ватерлинии, причём в самом безопасном месте, но даже от этого не такого уж и большого сотрясения вода стала просачиваться внутрь судна в тех местах клёпки.

Мы не стали делать из этого трагедию и предложили тут же в Нью-Йорке, куда специально пригнали громадный плавучий док, буквально за шапку сухарей усилить корпус до такой степени, что он станет крепче, чем у любого ледокола. Для этого всего-то и требовалось, что нанести тридцатисантиметровый слой финабена прямо на металл, с которого предварительно нужно было снять пескоструйными машинами краску. Поскольку компания "Уайт Стар Лайн" находилась в сложном финансовом положении, мы даже согласились сделать в кредит. Англичане согласились и "Титаник" был поставлен в сухой док. Это была отработанная до мельчайших деталей далеко не самая сложная операция и проделали её роботизированные механизмы при минимальном количестве не рабочих, а высококвалифицированных испанских и итальянских операторов. Под занавес, чтобы океан не стёрся о корпус "Титаника" до дыр, его покрыли толстым, в четверть миллиметра, слоем нитрида титана и даже отполировали. Впечатление было такое, что корпус позолоченный.

Ну, а когда лайнер покинул плавучий док и направился в порт "Нью-Йорка", чтобы взять на борт пассажиров и отправится после двухнедельной задержки в Европу, на причале уже стояла гаубица калибром в двести десять миллиметров. В неё зарядили чугунную болванку и жахнули прямо в борт лайнера, прицелившись в носовую часть. Снаряд разлетелся на куски, а там, куда он угодил, просто образовалось большое, тёмное пятно, которое "стёрли" уже через час. На "золотом" лайнере хотело проплыть по морю куда больше желающих, чем на чёрном и потому на этот раз почти все билеты были проданы и в то помещение на судне, куда угодил снаряд, во время рейса не раз водили пассажиров. В конце концов, через семнадцать лет "Титаник" всё же столкнулся с айсбергом, но в результате пострадал не лайнер, а ледяная глыба. Правда, задолго до этого его корпус с честью выдержал куда более серьёзное испытание — прямое попадание трёх торпед подряд. Этот пароход пять раз подвергался модернизации и последняя, проведённая тридцать пять лет назад, была самой капитальной. С лайнера был снят весь интерьер, представлявший из себя историко-культурную ценность, после чего его основательно выпотрошили изнутри и он был снова спущен на воду потому, что корпус судна будет служить ещё не одну сотню лет, он же практически вечный.