— К тебе можно? — спросил Соломин.

— А, это ты, заходи.

Премьер с кряхтением втиснул в кресло свою квадратную от полноты фигуру и спросил:

— Ты на крестины-то ко мне завтра придешь?

— Ну, я же обещал, значит, приду.

Две недели назад у Соломина родилась внучка, и Сизов пообещал быть ей крестным отцом.

— Это хорошо. А проект бюджета смотрел?

— Нет еще, что там у тебя?

— Как обычно, расходы больше чем доходы.

Еще минут пять разговор вяло перепрыгивал с одной темы на другую, пока в дверях комнаты не показалась громадная фигура Главковерха. Сазонтьев выглядел несколько странно, трезвый, но какой-то загадочный, правую руку держал за спиной. Не соизволив поздороваться, он прошел вперед и водрузил на небольшой журнальный столик литровую бутылку водки.

— Гуляем, курсанты, — сказал он. — Хозяин, тащи огурцы.

— Это по какому еще случаю у тебя банкет, — нахмурился Сизов. — Да еще с утра пораньше?

— На, читай, ты так долго этого добивался, — и Сашка бросил перед своим непосредственным начальником красные корочки.

— Да неужели! Никак наш маршал все-таки закончил академию, — добродушно засмеялся Соломин.

— Ну, молодец! — сказал Сизов, наконец оживляясь. Он даже сел на диван и с интересом изучил весь документ. — А что же так вот? — Владимир показал рукой на бутылку. — Поехали в ресторан, хоть в «Прагу», что ли, посидим, отметим.

— А что, по-курсантски уже за падло? Водку в «бескозырке» уже брезгуем потреблять? Заелся, господин диктатор!

В комнате отдыха появился Фартусов, отягощенный подносом со всякой снедью из кремлевского буфета: бутербродами с икрой, колбасами и ветчиной, любимыми Сазонтьевым солеными огурцами и двумя бутылями «Боржоми» для премьера.

Через полчаса Фартусова послали еще за одной бутылкой водки, но секретарь, помня пословицу, предусмотрительно принес две. Разрешил себе принять на грудь и давно уже не потреблявший из-за больной печени Соломин. Когда через два часа Фартусов осторожно заглянул в кабинет, гулянка была в самом разгаре. Соломин сидел в одной майке, два его собутыльника скинули кители и расстегнули рубахи до самого пупка.

— Нет, Виктор, ты не понимаешь! — орал Сизов, мотая указательным пальцем перед лицом премьера. — Это они не полковника Мирошкина унизили, это они всю страну унизили! Всю, и нас с тобой! Нас не боятся, понимаешь!

— Володя, ты пойми, мы сейчас стараемся оторвать Европу от Америки, а ты: "…разорвать отношения, послать крейсера в Северное море", — процитировал премьер. — Нас не бояться должны, а уважать, понимаешь, уважать!