В общем Восточная Германия, открыв границы и разрешив своим гражданам ехать куда угодно, подложила большую свинью Западной Германии, граждан которой пускали в ГДР без визы, по паспорту или даже просто водительскому удостоверению. Однако, сильнее всего на западногерманский бизнес давил тяжелый поликабоно-асфальтеновый пресс. Ну, а в семьдесят третьем Советский Союз, никого не предупредив, принялся ещё и выводить из Восточной Германии, да, и из всех остальных стран, свои войска, отчего блоку НАТО почему-то сделалось дурно. Более того, все страны Социалистического строя почему-то тоже стали сокращать свои армии и единственное, чего в них не стали делать, это ослаблять идеологический натиск. Телевидение, радио и печатная пресса чуть ли не половину информационного пространства отводили рассказам об экономических успехах Советского Союза и его посланца во Францию – товарища Картузова с его инвестиционными проектами для стран третьего мира, а также тому, что то же самое Советский Союз делал в странах СЭВ, строя новые предприятия и передавая свои новейшие технологии. В общем людям было над чем задуматься, а немного подумав, они приходили к выводу, что новая социалистическая идеология с рыночным уклоном будет всё же получше капитализма. Тем более, что люди имели возможность сравнить цены на те же новые автомобили и водородное топливо у себя и у западных соседей, что было самым серьёзным аргументом.

Едва я вернулся в Париж, то меня сразу же попросили явиться в Елисейский дворец и Жорж Помпиду долго пытал меня, чем же это его собираются поразить в СССР. Я отмалчивался, как партизан на допросе в гестапо и только улыбался в ответ. Как об этом и было сказано ранее, в Советский Союз я поехал в составе французской делегации и представлял вместе с ещё двумя десятками господ элиту французского бизнеса. Вот только по прилёту в Москву, встретившую нас чуть ли не полуметровым снегом и морозами, я поехал не в заново отстроенную гостиницу «Россия», а к своим друзьям, на их новую дачу. Согласно программе переговоров мне только двадцать третьего ноября следовало прибыть в Кремль, чтобы присутствовать во время беседы президента Франции с генеральным секретарём КПСС и потому мы с Ирочкой могли провести два дня с Наташей и Денисом. Мы с ними не виделись уже давно и очень соскучились. Наташа пошла на повышение. Она уже была членом Политбюро и возглавляла отдел агитации и пропаганды ЦК КПСС. В этой должности она даже посетила Сенегал и вместе с президентом Сенгором редактировала негритюд, смягчая и развивая его, но не об Африке у нас зашел разговор в первую очередь, а о семье и о детях.