Я спросил Тыгына:

— А ты обращал внимание на то, что у абаасы были железные дома?

Тыгын помолчал и сказал:

— На многое я вообще не обращал внимание. Но мне как-то встретился один сумасшедший предсказатель, он и сказал, что слишком много странного в сказаниях. Мой дядя много путешествовал, слушал многих акынов и даже написал книгу. Как раз про странное. Хватит тут слушать. Пойдём ко мне, поговорим.

Он сделал такой выразительный жест рукой, типа вы тут продолжайте, а у меня дела. Мы пошли к Улахан Тойону в домик. Там я у него спросил:

— Скажи мне, о уважаемый Улахан Тойон, почему абаасы плохие? — задал я провокационный вопрос Тыгыну.

— Э-э-э… — похоже, над таким глобальным вопросом вождь не задумывался, — так во всех преданиях об этом говорится. Они ужасные с виду.

— А что они тебе лично сделали? Или твоим родственникам, знакомым? — продолжал выяснять я, — и даже в сказании ничего не сказано конкретного, что они натворили такого ужасного.

Тыгын впал в ступор. Никакого критического осмысления рекламных слоганов. Я сам недавно проводил агиткампанию и точно знаю, что степняки верят всему, что им рассказывают, ибо понятие целенаправленной некоммерческой лжи у них отсутствует. Если нагреть ближнего своего с помощью мелкого обмана – пожалуйста, а брехать – нет.

— Ну, так в сказаниях сказано, что они плохие, — продолжал упорствовать Тыгын.

— На заборе тоже кое-что написано, — пробурчал я, — ладно, кто-то же должен быть плохой.

Я зря затеял этот разговор, смещение устойчивых морально-этических ориентиров могло возбудить у степняка в голове когнитивный диссонанс и последствия будут непредсказуемыми. Мне, собственно, было пофик, кто из ксеногопоты был белее и пушистее.

— А что твой дядя написал в книге? — перевел я разговор на общечеловеческие ценности.

Тыгын смутился.

— Я еще не прочитал книги, некогда всё было, — пробормотал он, — а вот один предсказатель мне говорил, что элбээх – это значит "много".

Вот как. Какие интересные подробности. Значит, цензуре подверглось значительно больше, чем можно было бы подумать с первого раза. Значит, Элбэхээн Боотур был не один, их была целая бригада. Вспомнились трупы великанов в тайном городе. Вполне может быть, что это как раз и были те самые, с момента рождения умственно отсталые бойцы.

— Тогда пусть мне кто-нибудь почитает эти книги, а то я читать не умею. Я узнаю, что же такого в мире есть странного. Потом тебе расскажу, может, придумаем что-нибудь интересное. И как бы встретиться с этим самым сумасшедшим предсказателем?

Тыгын порылся в сундуке и вытащил оттуда две, потрёпанные, плохо сшитые тетради. Ему самому, похоже, было сильно в лом читать.