Как же негодяй «очаровывал» учеников? Он не делил мальчиков на красивых и некрасивых. Извращенцу хотелось обладать всеми своими воспитанниками без исключения. Шустов просто не мыслил своей жизни без этого. Конечно, учитель не начинал «ухаживать» за детьми с первого же занятия. Поначалу он присматривался к ребятам, завоевывал авторитет… Легче было установить контакт со школьниками из неблагополучных семей: после занятии они не торопились домой, быстрее сходились с посторонними людьми.

Шустов под благовидным предлогом зазывал ребят к себе в гости. Он поил мальчишек чаем, угощал конфетами. Затем говорил, что неплохо бы принять душ после напряженных занятий. Иногда заходил в ванную вместе с ребятами. Подростки смущались, но не решались возражать учителю. После этого маньяк предлагал попробовать сделать то, чего никогда раньше не делал (как вариант — поиграть в необычную игру). Педагог обещал беднягам, что им будет сказочно хорошо. Кстати, Шустов никогда не насиловал одного ребенка в присутствии другого. Пока остальные ждали своей очереди на кухне, он приглашал одного из гостей в комнату, нашептывал что-то ласковое, укладывал голого мальчика на диван, прижимал к себе… Половые акты редко продолжались долго — нужно было успеть попробовать со всеми.

Ученики, естественно, осознавали весь ужас происходящего. Они попали в ловушку. Отказать милому, но настойчивому Алексею Петровичу невозможно, пожаловаться взрослым — и того хуже. Наиболее смышленые просто бросили танцевальную студию без объяснения причин. В семьях бушевали скандалы: ведь родители возлагали на кружок большие надежды, да и деньги заплачены. Но у ребят хватило духу расстаться с Шустовым навсегда.

Были и такие, кто остался в школе, но умудрялся избегать насильника. Им, правда, пришлось несладко. Директор, например, отказывался брать непокорных в заграничные турне… Но и эти «отказники» никому ничего не сказали.

Один парень как-то пришел к Шустову на традиционное чаепитие вместе с другими учениками. Когда дело дошло до постели, подросток испугался и убежал. Танцор не стал его удерживать. Но вскоре после вечерних занятий он отомстил — заперся с мальчишкой в раздевалке и изнасиловал.

А с постоянными «клиентами» произошло то, что должно было произойти по законам физиологии. Они начали… привыкать к роли любовников преподавателя. Ребята стали обмениваться между собой впечатлениями, сравнивать, с кем Шустов был особенно ласков. Образовалось даже нечто вроде очереди к Алексею Петровичу («я вчера был, сегодня твой черед» и т. д.). А один ученик из неблагополучной семьи некоторое время жил у директора студии и регулярно удовлетворял похотливые желания наставника.