Аркадьев до конца дней оставался романтиком, нередко витал в эмпиреях. Как рассказывала его дочь, в начале 1960-х годов Бориса Андреевича приглашали на работу в Ереван: «В конце разговора он привёл в замешательство собеседников, сказав, что у него есть одно обязательное условие. Высокие начальники замерли в ожидании: чего же потребует от них знаменитый тренер? А папа попросил, чтобы окна его гостиничного номера выходили на Арарат...»

Занятна, на наш взгляд, и другая история, которую поведала Светлана Борисовна: «Как-то, уже в последний период его жизни, попросила папу сходить в магазин и купить хек для кота, которого он обожал. А папа купил минтай. Я в раздражении наговорила лишнего. И тогда он сказал: “Я воспитан на трагедиях Софокла, и трагедия по поводу хека мне непонятна”. Расправил плечи, выпрямился и гордо вышел из кухни».

Всеволод Бобров остался вторым тренером ЦСКА, став помощником Григория Марковича Пинаичева. Но шестое место в 1960 году не устроило армейское руководство. Пинаичев вновь получил отставку, а на его место заступил Бобров.

Всеволод Михайлович рьяно взялся за усиление состава. Он вознамерился заполучить в свою команду двух игроков сборной СССР, победителей Кубка Европы 1960 года — Валентина Бубукина из московского «Локомотива» и Виктора Понедельника из ростовского СКА. Покинуть свои команды они могли только под сильным воздействием.

В своих мемуарах Валентин Бубукин вспоминал: «Я уже отслужил срочную службу в ВВС, но всё равно меня всеми средствами пытались “заставить захотеть” пойти на сверхсрочную. В “Локомотиве” меня прятали: то я в санатории, то ещё где-нибудь. Так продолжалось до тех пор, пока не позвонил сам Всеволод Михайлович Бобров: “Валентин, когда-то вы мальчишками пришли ко мне с Исаевым. Я очень рад, что ты вырос в хорошего футболиста. Не буду долго тянуть резину, я принимаю команду. Помоги и ты мне. Руководство предложило и просило, чтобы мы дали результат. Чтобы команда прозвучала так, как она звучала в сороковые—пятидесятые годы. Для этого все условия есть. Если нужно жильё или что другое — всё будет. Сделаем тебя офицером, льготы дадим. Будешь получать ещё и за погоны”...

Отдали Боброву паспорта, и через несколько дней меня сделали сержантом сверхсрочной службы — сразу из солдат в офицеры произвести не могли. А Витя Понедельник что-то замешкался. Он решал вопрос с жильём. Пока ему показывали квартиру здесь, у посёлка “Сокол”, пришло шокирующее сообщение. Всеволода Михайловича сняли и тренером назначили Константина Ивановича Бескова. А за что да почему — не знаю.