– А если пойдешь на море зимой, – продолжала она, – это сведет тебя с ума. Ты никогда не забудешь эту картину. Представь: обычно, когда ты идешь на пляж, ты видишь светлую полосу песка, потом темную полосу моря и опять светлую полосу, но уже неба. Зимой же единственная темная полоса становится белой. А еще, я, правда, не знаю зачем, зимой снег с песка пляжа сгребают в кучи, и эти кучи превращаются в горы. Ну как, не горы, а горки из снега. И вот ты приходишь на море, а все вокруг невероятно белое, и в определенных местах стоят горы из снега. А еще, если становится очень холодно, море замерзает, и по нему можно ходить. Это неудивительно для людей, которые живут рядом с рекой или озером и гуляют по ним зимой. Но все же море замерзает иначе. Пока оно не замерзло до конца, волны бьют по пирсам и застывают в определенных фактурах.

– Это как?

– Море, оно замерзает очень постепенно. Сначала замерзает пирс. Каждый раз волны наслаиваются на уже примерзший к пирсу лед, и получаются сосульки на сосульках. Это выглядит как резьба по мрамору или что-то в таком духе. Можно залипать часами, мне кажется, рассматривая эти фактуры. Ты когда-нибудь стояла на замерзшем море? Оно дышит. Стоя на нем впервые, я осознала, что море живое.

Мимо нас проскакали лошади, и я завороженно проводила их взглядом.

– Дерибасовская – это отдельный мир…

– Это точно. В ее начале, на площади, в любое время года всегда много людей. А вот в конце, до которого не каждый турист доходит, спрятался островок для местных модников. Вон он!

Мы дошли до конца улицы, где на пятачке с расположенными полукругом скамейками нас приветствовал сам основатель Одессы, Де Рибас. Слитый из меди, изысканно одетый в офицерскую двухуголку и камзол, он решительно поставил руку в бок, а ногу на лопату. Всем своим видом он одновременно напоминал мне и барона Мюнхгаузена перед полетом на ядре, и Маленького принца, который готовится выкопать занесенные на его планету ветром семена баобаба. Оба – мои любимые персонажи. Короче, я влюбилась.

– Ну шо, дивчина, отпразднуем нашу встречу? – сказала Леля с деланым акцентом и достала из самодельной сумочки-авоськи бутылку шампанского «Одесса».

– А как же! Одолжить бокалы у этого ресторана на углу?

– Та ладно! Из горла всегда вкуснее!

Мы сели на лавочку прямо позади Де Рибаса. Он прикрыл нас своей спиной от остального города.

Мы унеслись потоком разговора в невероятные дебри наших душ, рассказывая свои любимые истории и делясь сокровенным. У нас была вся ночь, чтобы узнать друг друга, и все в то потрясающее мгновение, когда я нашла «своего» человека, было прекрасно.