В период с июля 1981-го по февраль 1982-го последовало еще восемь писем. Три пришли в Секретную службу в Нью-Йорке, одно — в отделение ФБР там же, еще одно — в отделение ФБР в Вашингтоне, одно письмо получила редакция газеты «Филадельфия дейли ньюс» и последние два — Белый дом. Почерк явно принадлежал «одинокому пессимисту», но на сей раз стояла подпись «К.О.Т.». Послания отправляли из Нью-Йорка, Филадельфии и Вашингтона. В письмах К.О.Т. недвусмысленно выражал намерение убить президента Рейгана, которого называл то «злом Божьим», то «Сатаной». Он также грозился убить и других политиков, поддерживающих курс Рейгана. Автор писем неоднократно упоминал Джона Хинкли и обещал завершить его дело.

К.О.Т. продолжал отправлять письма, пополнив список адресатов конгрессменом Джеком Кемпом и сенатором Альфонсом Д’Амато. Больше всего Секретную службу обеспокоили вложенные в конверт фотографии сенатора Д’Амато и конгрессмена от города Нью-Йорк Рэймонда Макграфа, сделанные с довольно близкого расстояния: К.О.Т. как бы намекал, что вплотную подобрался к жертвам и ничто не помешает ему совершить задуманное.

Наконец 14 июня 1982 года редактор газеты «Нью-Йорк пост» получил четырнадцатое по счету и последнее письмо. В нем автор обещал в скором времени расправиться с «президентом-сатаной», и тогда все узнают, кто он на самом деле. К.О.Т. жаловался, что его никто не воспринимает всерьез, чему я ни капли не удивился.

В письме он «разрешал» газете взять у него интервью после завершения его исторической миссии. Этого мы как раз ждали. Стало ясно, что К.О.Т. не просто хочет, но отчаянно жаждет встречи с редактором. Что же, тут мы ему поможем.

Судя по особенности изъясняться, наш клиент был родом из Нью-Йорка. Я разработал портрет одинокого белого мужчины в возрасте от двадцати пяти до тридцати лет, коренного ньюйоркца, проживающего (возможно, в одиночестве) на окраине города. Уровень интеллекта средний, субъект имеет диплом об окончании вуза и, возможно, посещал курсы политологии и литературы, младший или единственный ребенок в семье. Я также подозревал, что в прошлом он был наркозависим и / или употреблял алкоголь в больших количествах, но теперь баловался этим лишь изредка. Он считал себя неудачником, неспособным оправдать ожидания родителей и знакомых. Его жизнь представляла собой печальную коллекцию так и не сбывшихся мечтаний. В возрасте примерно от двадцати до двадцати пяти он находился в постоянном неконтролируемом стрессе, связанном, вероятно, с военной службой, разводом, болезнью или кончиной близкого родственника.