Направляя письмо своему брату Люсьену почти ровно за год до прибытия всего клана во Францию, Наполеон, бывший некоторое время его опорой и склонный использовать свой авторитет, критиковал парижские власти как «жалкий сброд» и комментировал общую бесполезность всех людей при попытках исправить их участь. «Каждая личность стремится к осуществлению своих собственных интересов с помощью оскорблений и поношений… все это подрывает амбиции», — жаловался он.

Это были странные замечания со стороны человека, который никогда, вплоть до последних мгновений жизни, не отказывался от амбиций и не прерывал связей с семьей, которая уже рассматривала его в качестве замены умершего отца. На протяжении всей своей жизни Наполеон Бонапарт полностью сознавал семейную ответственность и никогда, хотя бы на какой-то момент, не пытался переложить эту ответственность на плечи других или позволить своим братьям и сестрам обрести самостоятельность. Он затрачивал огромное количество энергии, определяя развитие их личностей, направляя их карьеры, и шел порой на большой риск, охраняя их от последствий их индивидуальных или коллективных опрометчивых действий. В конце концов, именно они в куда большей степени, чем любые промахи или заблуждения с его стороны, привели к краху, но преданность корсиканской семьи оказалась более продолжительной, чем озлобленность на атлантической скале, и когда жизнь его была разрушена, он думал о ней без горечи. Существуют такие аспекты характера Наполеона Бонапарта, которые невозможно защищать, но его продолжавшаяся всю жизнь озабоченность членами своей семьи не относится к ним. От них он заслуживал лучшего, и если бы он умыл руки в отношении всех них в начале своей жизни, он мог бы получить лучший итог.

Карло Буонапарте, отец тринадцати сыновей и дочерей от Летиции Рамолино Буонапарте, умер от рака в доме своего старого друга в Монтепелье зимой 1785 года. Он оставил вдову и восемь детей (еще пятеро умерли в раннем детстве). Семья имела некоторые претензии на тосканское дворянство, а на своей родной Корсике, где собственность в несколько акров в небольшом сельском поместье среди крестьян и рыбаков уже считалась кое-чем, Карло выжимал все возможное из своего наследства. Он был неприметным человеком во всех отношениях, за исключением одного. Немногие когда-либо проявляли большее рвение в выпрашивании покровительства, чем это делал он.

Карло обладал темпераментом, который дополнялся приветливостью и хорошим внешним видом. Он был средиземноморским Микаубером[1], и если бы ему не выпала удача или не досталось бы приличное состояние, чтобы жениться на замечательной девушке, когда ей было пятнадцать лет, сомнительно, чтобы мир вообще когда-либо познакомился с фамилией Бонапарт. Преисполненный наилучшими намерениями и искренне довольный всем, Карло так и не оправдал надежд, которые он подавал в ранней молодости. Разбираясь в потоке его петиций и претензий к властям, невозможно удержаться от ощущения, что это был персонаж, чья леность стала основной причиной его провала как человека и как отца.