Наш с Вами диалог.

— «Ага! Оправдывали попов, а они вот что поднесли. В этом Перст виден», пишете Вы, дорогой Василий Васильевич. Но я в долгу не останусь перед Вами:

— «Ага! Нахваливали жидов[349], а они-то, оказывается, с плодородием скопческим, умерщвляющим. Вы все вздыхали о микве, а оказывается,

что миква только для себя, а для других асфальт, плавающий в Мертвом море».

— «Но Синоду нет дела до Иисуса!..» кричите Вы с торжеством.

— А жидам до плодородия… Им только «мы» нужно, и это так и в поэзии, и в науке, и в общественности. Мы, мы, мы… Объективного, незаинтересованного, сущаго о себе и для себя им не нужно. Нужно лишь то, в чем можно устроить гешефт.

Итак, мы квиты. Подведем же итоги и заключаем мир на следующих условиях:

1) Вы соглашаетесь, что хотя попы и темная сила, но Бог хранит их для каких-то, Ему одному ведомых путей своих. А я тоже скажу о жидах.

2) Для нас с Вами «не жалко», если бы и те и другие «провалились». Но мы взаимно признаем те начала, которыми прикрываются попы и жиды и до которых им нет дела, Рождение к Духовность.

3) Душою обращаемся: Вы к Египту, я к Элладе. Тут споров между нами никаких быть не может. Вы назначаетесь проживать в египетских Фивах, а я в эллинских Фивах.

Итак: confirmatur {Утвердили (лат.)}?

Знаете ли, мне почему-то припомнилось: в Византии, при заключении договора с жидом его сажали в воду и заставляли плевать in ро-nem suum {Позади себя (лат.)}. Это почему-то признавалось единственным средством заставить жида сдержать свою клятву. В отношении же А. надо предложить плюнуть на лысину иначе от лживости нечем обеспечиться [С. 126–27].

Но главное, в чем наставляет друга о. Павел, это то, что все розановские нападки на церковную иерархию и ее высших представителей, а также его тезис:

Вообще в Церкви надо различать что-то такое великосвятое, и пропорционально что-то окаянное. Иудино. <…> Берегитесь! Всегда между вами м<ожет> б<ыть> Иуда, с теми же эполетами, как прочие, неразличимый от прочих, — но в тайне предающий все дело Христово [С. 309],

Вообще в Церкви надо различать что-то такое великосвятое, и пропорционально что-то окаянное. Иудино. <…> Берегитесь! Всегда между вами м<ожет> б<ыть> Иуда, с теми же эполетами, как прочие, неразличимый от прочих, — но в тайне предающий все дело Христово [С. 309],