Все страстные декларации Розанова — мыслителя по национальной проблематике вытекают из исповедуемой им этноми-фологической историософии. По сути своей она не оригинальна, поскольку целиком и полностью базируется на расистских идеях, разработанных в трудах немецких националистов-антисемитов — Рихарда Вагнера, Х. С. Чемберлена, де Лагарда, Марра и др. В полном соответствии с представлениями этих немецких мыслителей Розанов выделяет два периода, соответствующие историческому существованию «двух великих племен» — «иудейского» (или «семитического») и «арийского» (все остальные народы после Рождества Христова). «Иудеи» — это ветхозаветное племя тайного, несловесного, священного родовоспроизводства, в розановской метафорической системе — «Великое Чрево». «Арийцы» же, напротив, «словесны», «объективны» и «бесполы». Их активность экстравертна, она направлена на государственную деятельность, науки, искусства, в отличие от интровертов иудеев (семитов), у которых все сосредоточено на внутренней родовой жизни (семье, деторождении) и конкретном бытии человека, то есть на том, что заповедано Ветхим Заветом в акте Творения. Именно благодаря своей библейской родовоспроизводительной сущности, «иудеи» и стали для Розанова эталоном «правильного» семейного бытия:

И помни: жизнь есть дом. А дом должен быть тепел, удобен и кругл. Работай над «круглым домом», и Бог тебя не оставит на небесах. Он не забудет птички, которая вьет гнездо («Апокалипсис нашего времени»).

И помни:

жизнь есть дом. А дом должен быть тепел, удобен и кругл. Работай над «круглым домом», и Бог тебя не оставит на небесах. Он не забудет птички, которая вьет гнездо («Апокалипсис нашего времени»).

«Арийцы» же, по мнению Розанова, несмотря на новозаветную надежду, не смогли «вместить в себя великие дары Искупления», их история — суть «череда полинявших фактов». Это произошло главным образом потому, что брак и семья для «арийцев» не стали смыслом Нового Завета: для Церкви брак — это только «разрешенный грех», а для народа — и вовсе «игры Вакха и Киприды». В этой связи, как утверждает Розанов, и образовался в православии тот религиозный «провал», который катастрофически разрастаясь, привел, как следствие, к культурно-исторической катастрофе «старой России» в 1917 году.

С позиций расового этнонационализма Розанов объявлял «арийцев», к коим в первую очередь причислял богоизбранный русский народ, особой этнической группой, которая отличается необычным творческим потенциалом, и в силу этого способна к ведению победоносных войн, захвату и заселению новых земель, покорению народов, созданию великих произведений искусства и т. п. В глазах Розанова, арийцы с самого начала своего вхождения в историю заявили себя носителями высшей культуры и цивилизаторами. В соответствии с постулатами физической антропологии второй половины XIX в. им к креативно-деятельному потенциалу арийцев добавлялся еще такой важный элемент, как расовый облик. Розанов был убежден в особого рода телесности еврея, как Другого, отличающей его якобы от арийца, см. об этом в [ГОЛЬДИН] и книге Генриетты Мондри «Особые тела: конструирование еврея в русской культуре с 1880-х гг.» [MONDRY (I)]. Таким образом, некритически нахватавшись по примеру обожаемых им славянофилов новейшей немецкой мудрости, Розанов стал видеть в мифических «арийцах» особую расу, а все их добродетели относить на счет имманентно присущим им. якобы, сверхпозитивным биологическим качествами, передающимися генетическим путем.