Правда, единицы, и не они представляют лицо офицерского корпуса.

Как известно, генералами не рождаются. От лейтенанта до генерала – путь тяжелый и долгий. Но «генерала» не выпрашивали, а давали тем, кто этого заслуживал (хотя, конечно, были и ошибки).

Однако надо заметить другое: став генералом, офицер не превращается в барина и ханжу. Как правило, в этом высоком звании человек себя чувствует еще более ответственным, более обязательным.

Будучи не просто генералом, а уже генералом армии, так сказать, четырехзвездным генералом, я мотался по всем фронтам в Анголе и особенно на направлении действий 4-го и 5-го фронтов, которые вели боевые действия с войсками ЮАР. Облазил всю Эфиопию на севере, в районе Асмары, и на центральном фронте, в провинции Тигре. Вместе с другими генералами решительно изменил обстановку в Сирии, в результате чего Израиль перестал нападать на эту страну, но для этого нам, и мне в том числе, надо было лично пройти многие километры и в долине Бекаа, и на Голанских высотах. За четыре с половиной года в Афганистане мне не просто довелось побывать во всех боевых провинциях, но месяцами организовывать и проводить там боевые действия. При этом не раз и не два приходилось лично самому применять оружие.

А если вспомнить месяцы, проведенные на Чернобыльской АЭС, период ликвидации последствий аварии?.. Хотелось бы рядом с собой увидеть хотя бы одного их этих трех «верховных главнокомандующих», чтобы они лично убедились, как генералы «жиреют».

А что пришлось пережить за эти годы семье? Взять, к примеру, начало 1988 года. Я – в Афганистане, младший сын – в Афганистане, старший сын – в Забайкалье. У старшего заболела дочь. Моя жена плохо себя чувствует, но тем не менее берет билет и летит в Читу, там пересадка, оттуда добирается до Даурии – надо помочь внучке, и она помогает, но сама затем тяжело заболевает.

В этих условиях не «разжиреешь».

Да одно только то, что семнадцать раз приходилось переезжать и заново создавать очаг, уже говорит о многом. Даже в последний раз, когда я только по настоятельной просьбе Н.В. Огаркова согласился пойти в Генштаб, мне опять дали квартиру, но снова временно и чужую. Живем на чемоданах. Через несколько месяцев мне говорят, что квартиру надо освободить. У Огаркова квартир нет, все у Соколова – первого заместителя министра обороны СССР. Мои рапорты остаются без внимания. Огарков предлагает связаться с генерал-полковником Караоглановым, который всю картину знает прекрасно и может посодействовать. Действительно, на первой же встрече с ним вопрос был предрешен. Он дружески посоветовал: