– У вас не КНП, а какой-то сказочный снеговой дворец! А где место, откуда можно наблюдать? – спросил командующий, однако по его тону нельзя было понять – то ли командующий раздражен, то ли приятно удивлен.

– Мы уже подошли, – коротко ответил я.

Ход сообщения кончался Т-образным перекрестком: здесь справа и слева были вырублены в снегу «комнаты» для работы, прямо шли широкие удобные, тоже укрепленные ступеньки, они выводили к площадке для наблюдения за полем «боя». Площадка была широкой и длинной. Она вся была «облицована» брусом, впереди и по сторонам имелись амбразуры, откуда открывался хороший обзор, сверху все было обложено снежными блоками. Здесь стояли стол с картами, стол с телефонами и радиовынос, здесь же была установлена стереотруба. Несколько биноклей лежало прямо на амбразуре.

– Ну, а если надо прямо выйти наружу? – все тем же тоном спросил командующий.

– Пожалуйста! – ответил я и вывел его наверх – у нас был предусмотрен такой выход.

– Теперь доложите мне по порядку: боевую задачу, как вы намерены ее выполнять, что уже сделали для подготовки обороны, что еще должны построить, покажите на местности боевые порядки.

Вначале я это сделал на карте. За моим объяснением внимательно следил начальник штаба Дубин, который специально пришел с КП на КНП по этому случаю. Затем я все представил на местности. Все были предупреждены и готовы к действиям, поэтому я без особого труда смог представить командующему все элементы боевого порядка. По моей команде по телефону обозначить передний край, серия ракет взлетала вдоль первой траншеи каждой роты первого эшелона. Затем представил резервы и вторые эшелоны, артиллерию.

– А вы подготовили какие-нибудь контратаки? – поинтересовались представители командования.

– Разумеется. Вот перед нами 1-й мотострелковый батальон. У него боевой порядок – в два эшелона. Рота второго эшелона расположена на сопке – впереди справа. Склоны сопки, обращенные к противнику, обрывистые, а вот обращенные к дороге, то есть к нам, – относительно пологие. Учитывая, что противник будет сосредоточивать основные усилия вдоль дороги и может прорваться, предусмотрена контратака этой роты во фланг вероятному противнику.

– Вы можете это продемонстрировать?

Я ответил утвердительно. Командующий дал вводную, что противник вышел на дорогу, и разрешил действовать. Мною были отданы команды артиллерии на подавление прорвавшегося противника и батальону – на проведение контратаки. «О готовности к контратаке – доложить». Подполковник Дубин предложил использовать для контратаки и взвод разведки полка, который находился слева, то есть на другом фланге. Я приказал его готовить тоже. Через 15 минут все были на старте. Я даю команду о переносе огня артиллерии в глубину – по батарее противника и резервам, а батальону и разведчикам перейти в контратаку. Все получилось удачно. Особенно хорошо «сработала» рота. Она неслась по склонам сопки, как вихрь, ведя огонь на ходу. Именно огонь (конечно, холостыми патронами) выдавал их контратаку. Все были в белых маскхалатах, и вести по ним прицельный огонь противник почти не мог.