– Вы давно руководите этим складом? – спросил я его. – Уже три года. Даже больше…

– Так вы не просто начальник, но и дока в своей профессии!

– Знаю склад хорошо и стараюсь его поддерживать на должном уровне. У нас в этом году не было происшествий. Замечаний не имеем, – с гордостью сказал подполковник.

– Прекрасно. А вы лично, товарищ подполковник, как себя чувствуете?

Подполковник метнул в меня полный огорчения взгляд: – Да ничего. Пока нормально.

– Вы извините, что я задал этот неделикатный вопрос, но у вас белки глаз покраснели. Мне показалось, что, может, сегодня вам нездоровится? Поэтому можно было бы поручить представлять склад вашему заместителю.

– Нет, нет! Я сделаю это сам. Я просто немного переутомился… Семейные обстоятельства.

– Ну, хорошо. Скажите, какие виды боеприпасов хранятся на вашем складе?

– У нас только артиллерийские снаряды для всех систем орудий и мины для всех минометов. Кроме того, вон там, в дальнем углу, имеется подземный бункер, где хранится несколько тонн взрывчатого вещества.

– Учет ведется? Вы можете точно доложить, сколько на складе боеприпасов каждого вида?

Подполковник начал докладывать по памяти, но когда офицер нашего Главного военного советника начал его поправлять, он взял журнал учета и доложил вполне квалифицированно.

– А вот эти хранилища, которые мы видим, они что, все переполнены? – спросил я.

– Нет, многие из них полупустые, можно посмотреть.

– Давайте пройдем все и посмотрим. Но удивляет: почему у вас буквально на всей территории склада вот такие горы боеприпасов?

– Да все нет времени хорошо сложить… Мало дают солдат для этой цели…

Хранилища были в основном заполнены, но некоторые могли бы принять еще какое-то количество боеприпасов. Во всяком случае, около четверти того, что сложено под открытым небом, можно было бы поместить под крышей. Но самое интересное другое – когда мы начали осматривать штабеля ящиков с боеприпасами на открытых площадках, то обнаружили большое количество авиационных бомб, ракет, реактивных снарядов. На вопрос – почему во время общего доклада ничего не было сказано об этом? – начальник склада постоянно твердил одно и то же: «Завезли ошибочно, а вернуть боеприпасы адресату еще не успели».

Конечно, все это выглядело, мягко говоря, некрасиво. Мы сделали съемки. А представителя Генштаба и других эфиопских офицеров попросили составить акт о наличии на складе неучтенных боеприпасов. Копию акта Главный военный советник взял себе. Ночная «операция» по перевозке снарядов обернулась против их организаторов.

Приблизительно такая же картина была и на втором складе. Зато в военном училище мы получили полное удовлетворение. Настроение у офицеров и курсантов – хорошее. Условия жизни и учебы – нормальные. Обеспечение – всестороннее. Единственно, нам было непонятно, почему никто ничего не спрашивал, хотя в целом личный состав был общительный, легко вступал в контакт и разговор. Лица приятные, белозубые улыбки.