В аппаратной был посажен партизан. Остальные участники операции не мешкая направились к складу. Их повел один из станционных рабочих. Глаза партизан загорелись, когда они увидели столько оружия. В донесении начальника околийской полиции об этой операции говорилось следующее: «Подпольщики взяли из склада 80 винтовок — сербских, греческих и итальянских, 220 пистолетов «маузер», 40 пистолетов «парабеллум», 18 ящиков с патронами и 25 тысяч левов»…

Партизаны забрали все оружие, но на складе осталось еще много ящиков с патронами — десятки тысяч патронов, которые враг мог использовать против нас. Этого допустить было нельзя. Стефан оглянулся и увидел железнодорожника:

— Керосину! Один бидон. Если нет, принести все лампы!

Халачев облил склад керосином и скомандовал:

— В колонну по одному — шагом марш!

Он поджег склад и бросился догонять колонну. Через мгновение пламя пожара озарило небо. Началась бешеная канонада. Патроны в ящиках рвались, как гранаты…

3

Двадцать партизан из батальона Ленко во главе со своим командиром двинулись к селу Негушево. Остальным было приказано ждать возвращения двух групп.

Не раз наши боевые группы для маскировки использовали солдатскую и полицейскую форму. Вот почему в одной из инструкций дирекции полиции категорически предписывалось:

«С недоверием относиться к форме. Подпольщики располагают полицейскими, солдатскими и офицерскими формами и знаками различия…»

«С недоверием относиться к форме. Подпольщики располагают полицейскими, солдатскими и офицерскими формами и знаками различия…»

Однако враг был бессилен перед партизанской находчивостью.

Группа полицейских, плотно окружив десятерых партизан со связанными за спиной руками, вошла в Негушево. Полицейские, держа палец на спусковом крючке винтовок, грубо покрикивали на арестованных. Ленко рассчитал верно. Никому и в голову не могло прийти, что достаточно одного движения рук, как веревки спадут, и что в карманах «арестованных» лежат пистолеты и гранаты.

Группа достигла центра села и здесь неожиданно рассыпалась. «Охрана» и «пленники» бросились к общинной управе, к корчме, где собрались засидевшиеся допоздна пьяницы. Через десять минут уже горели общинные архивы. Оружие общественной силы перешло в руки партизан, а пишущая машинка пополнила походную канцелярию батальона.

Обе группы, посланные на задание, вернулись почти одновременно. Радость была велика. У нас появилось продовольствие.

Командиры обнялись на прощание, и батальоны двинулись каждый в своем направлении…

4

Рассвет 26 апреля застал нас в горах. Путь лежал через реку Искыр к Црна-Траве.