Список нестыковок и противоречий можно множить дальше.
Щербаков В. И.: «На мой взгляд, нестыковки говорят о том, что как не было в товарищах согласья на момент их незадачливого выступления, так не появилось оно и впоследствии. Удивляет другое: с точки зрения идеологии, политики, экономики, социальной сферы, а также в личном плане Михаилу Горбачёву можно предъявлять кучу вполне обоснованных, аргументированных претензий. И ежели таковые возникали у его оппонентов, которые сами занимали высшие посты, пользовались влиянием и имели единомышленников, в том числе и наверху властной пирамиды, где были они тогда со своей правотой и принципиальностью, почему не высказывали свои претензии в лицо адресату, не выносили их на узкий круг Политбюро, не обращались к партии? Напротив, на пленумах ЦК, где другие поднимали вопрос об ошибках и отставке генсека, они каждый раз присягали на верность вождю: останься и правь дальше. На сессиях Верховного Совета, где вопрос об отставке президента поднимали пассионарии, вроде Сажи Умалатовой, эти принципиальные критики оказывались в первых рядах, голосовавших против. “Мы привыкли к партийной и государственной дисциплине”, – оправдывался потом маршал Язов.
Щербаков В. И.:А что нам, не желавшим терять свою Родину Советский Союз, до этой партийной дисциплины?!»
Унесённые ветром
Унесённые ветром
В половине второго ночи с 21 на 22 августа российский правительственный борт Ту-134 доставил в Москву «пленённого» в Крыму Президента СССР в сопровождении вице-президента РСФСР Александра Руцкого, предсовмина РСФСР Ивана Силаева, замминистра внутренних дел РСФСР Андрея Дунаева. Вернувшись из Фороса, Михаил Горбачёв в тот же день издал и внёс в Верховный Совет СССР указ об отставке Павлова. 24 августа он поставил перед союзным парламентом вопрос о доверии Кабинету министров и вместо него для управления народным хозяйством страны учредил комитет во главе с Силаевым. Вольский, Лужков и Явлинский стали заместителями нового председателя.
24 августа советское правительство было собрано для оглашения какого-то важного решения. Однако сделать это приехал не М. С. Горбачёв, а ставший буквально накануне, 22 августа, руководителем Аппарата Президента СССР Г. И. Ревенко.
Григорий Иванович прибыл к нам с указом Горбачёва о роспуске Кабинета министров и зачитал его.
Это вызвало возмущение всех участников. Во-первых, президент мог сам приехать по такому случаю, во-вторых, мы до сих пор не знали, в чём нас обвиняют. Вопрос был отложен до Сессии Верховного Совета СССР, открывшейся 26 августа.