Мэй Лин же ни с того ни с сего стала капитаном линкора, спасающего мир. Если вы не видите, какой это идиотизм, то вы все еще спите. Проснитесь! Она прошла путь от застенчивой изобретательницы радара «Солитон» до вступления в военно-морской флот. По какой-то непонятной причине. И за короткий отрезок времени заслужила целую кипу медалей. За неизвестные заслуги. К тому же ее поставили во главе судна-музея и повысили до капитана только потому, что она приглянулась какому-то безымянному, неважному, никчемному и вообще не появляющемуся в игре адмиралу. Мэй Лин тем не менее серьезно относится к своей должности и умудряется завоевывать уважение огромной команды корабля, несмотря на то что выглядит и говорит как несмышленый ребенок. Когда она пытается рассказать всем о своем плане, то кажется, что в мир явилось физическое воплощение неуклюжести. То Мэй Лин не понимает, как пользоваться раздвижной указкой, то роняет ее. В момент, когда она пытается ее поднять, Кодзима направляет камеру на ее попку, а затем показывает реакцию всех присутствующих на аппетитные капитанские формы. Особенно впечатлен Джонни, который позже пытается схватить ее за зад, но получает нагоняй от Мэрил. Несмотря на то что Мэй Лин играет роль комедийного персонажа в абсурднейшей из абсурдных ситуаций, она обещает догнать и одолеть «Аутер-Хейвен» – супертехнологичную подводную крепость. Правда, у ее корабля нет радиолокационных средств, да и на активной службе он не состоит. Так с чего вдруг люди под ее руководством готовы сражаться и умирать? Здесь нет и следа реализма. Карикатурная, уму непостижимая огневая мощь корабля-музея и его катапульты для людей, перебрасывающие Снейка со товарищи на борт вражеского судна, продолжают хлестать нас по щекам в надежде разбудить. В конце, когда бой окончен и мир спасен, на свадебной церемонии Джонни и Мэрил букет невесты ловит не Мэй Лин, а Литл Грей, огорчая ее настолько, что она пускается в погоню за счастливой обезьяной. Это уже не Metal Gear, а пулеметная очередь плевков в лицо.

Даже из безобидных на первый взгляд деталей и то сочится яд. Ну какая кому разница, что Кодзима решил сделать ребенка Ольги девочкой. Это же ничего не значит, верно? Но это намеренный средний палец американскому переводу MGS2, в котором ошибочно использовано слово «его» по отношению к ребенку. Кодзима тщательно следил за тем, чтобы в японской версии использовались исключительно гендерно-нейтральные местоимения, что затрудняло перевод на языки без нейтральных форм. И хотя в английской версии MGS2 персонажи говорят «ее ребенок» и «мой ребенок» вместо естественных «он» или «она», в последней реплике, касающейся ребенка, допустили оплошность, и его пол стал известен. Поздравляем, у вас мальчик! «Я его найду», – уверяет Снейк Райдена. Переводчик создал неувязочку, а в одержимом сознании Кодзимы неувязочка влекла за собой серьезное наказание. Сделав Санни девочкой, он заставил фанатов выбрать сторону: избрать английский перевод MGS2, где говорится, что ребенок – мальчик, или утверждение Кодзимы в MGS4 о том, что это девочка. Нельзя принять оба варианта – один из них фактологически неправильный. И так далее. Каждый раз восклицая про себя «какого черта?», мы должны искать ответы не только в играх, но и в авторе. Нас подталкивают к этому. Мы понимаем, что Кодзима не просто хочет давать ответы – он хочет стать ответом. Это и есть Код Кодзимы.