– Маша! Маша! Ну что ты стоишь? Чай ставь, гости пришли, – скомандовал хозяин квартиры совсем не командирским тоном. Мария Александровна засуетилась, неожиданно ловко ушагав на кухню.

Анцетонов протиснулся к дивану и уселся поодаль от Юрия Витальевича. Поспрашивал о здоровье, о том, над чем он сейчас работает. Юрий Витальевич, приободрившийся от чужого присутствия, уверенно шептал в ответ. На стене глухо тикали часы, они показывали правильное время.

Мария Александровна вернулась с жидким чаем и то ли сушками, то ли баранками. Притворяясь, будто суетится, накрыла стол, принялась что-то предлагать, но Анцетонов почти от всего благодарно отказывался.

– На параде не были? – спросила Мария Александровна.

– Нет, не был, – грубовато отрезал Анцетонов, прячась за чашкой чая.

– А мы по телевизору смотрели, – настаивала Мария Александровна, – так красиво!

– Да, очень красиво, – сдался Анцетонов. – А я вам музыку принес послушать, о которой в прошлый раз рассказывал.

И Мария Александровна, и даже Юрий Витальевич с интересом проследили, как Анцетонов открывает рюкзак и достает из него две пластмассовые коробочки портативных колонок. Вскоре они загудели, потом защелкали и затрещали, будто сломанные, но это была обещанная музыка. Анцетонов объяснил:

– Группа Coil, альбом Musick to Play in the Dark, «Музыка для прослушивания в темноте»… Может, шторы завесим? – предложил он.

– Да я и так ничего не вижу, – возразил Юрий Витальевич потрескивающим, но внятным гортанным шепотком.

Остались при свете. Еще несколько минут слушали, как трещат и заунывно посвистывают колонки, исторгающие из себя песню о важности правильного питания. Теперь она уже не казалась Анцетонову такой хорошей, как обычно. Казалось, она никогда не кончится, а ему придется целую вечность сидеть и смотреть, как Юрий Витальевич слушает эти гудения, больше напоминающие то, что творится в голове у кота. Анцетонов прервал это музыкальное молчание рассказом:

– Это английская группа мистиков-эзотериков. Они изучали Телему, Алистера Кроули, сексуальную магию и выражали свои исследования в музыке. С ними Берроуз, например, общался плотно.

Юрий Витальевич внимательно слушал и согласно кивал. Анцетонов, одновременно рассказывая про английских мистиков, незаметно переключал музыку, чтобы никто не обратил внимания, как долго она длится и какие странные, откровенно нелепые звуки в ней встречаются. На ладонях его выступило что-то вроде пота.

– Вы Кроули читали? – спросил Анцетонов.

– Да, да, читал, – кивнул Юрий Витальевич.

– И что по этому поводу думаете?