На девятнадцатый год службы Ванечка получил чин полковника и в командование 1-й батальон.

По уставу все батальоны в полку были одинаковы, но когда-то, в царствование Александра I, 1-й батальон назывался «лейб-батальон». В Преображенском полку 1-й батальон имел даже особые казармы на Миллионной улице и особое офицерское собрание там же. Офицеры в преображенский 1-й батальон назначались с особым отбором, в рассуждение звучности фамилий, состояния и общей представительности. Офицерам других батальонов вход в собрание 1-го батальона не то чтобы был заказан, но без приглашения они туда не являлись. Как-то раз, чтобы подразнить моего приятеля и двоюродного брата моей жены, уже не очень молодого преображенского офицера, я стал к нему приставать, чтобы он пригласил меня обедать в офицерское собрание на Миллионной. Он долго отшучивался, но наконец, припертый к стене, принужден был признаться, что он этого сделать не может. Он был офицер 5-й роты.

У преображенцев для такого разделения было все-таки какое-никакое основание. В 1741 году их гренадерская рота (в полку по счету 1-я) возвела на престол Елизавету Петровну, за что получила название «лейб-компании» и всякие другие милости и привилегии. «Гвардия» в гвардии получилась исторически.

У нас никаких таких разделений не существовало. Офицерское собрание было одно, общее для всех. А потому всякое различие между офицерами было бы чисто искусственным и вызывало бы только зависть, недовольство и рознь. Все же нашлись и у нас люди, которые пытались провести в жизнь нечто подобное. Среди этих немногих фигурировал и Ванечка.

Свой 1-й батальон Ванечка получил в 1904 году. В российской истории это был год чреватый. Год перелома. В этот год, впервые со времен Пугачева, зашаталась и дала трещину по всему фасаду огромная, но не слишком прочная храмина старой дворянско-помещичьей России. «Дерзкий враг в темную ночь осмелился напасть на нашу твердыню» (первые слова царского манифеста по случаю объявления войны Японии). В малом масштабе «Пёрл-Харбор» был проделан на внешнем рейде крепости Порт-Артур. Подошла революция 1905 года. Беспорядки на фабриках и заводах, студенческие волнения… По улицам манифестации с красными флагами. Наша власть красного флага боялась как огня. К выражениям народных чувств, кроме верноподданнических, в старой России не привыкли.

По всей стране прокатилась волна забастовок. Забастовки на железных дорогах, на водокачках, на электрических станциях. Государь Николай II, раздираемый советниками, сидел в Царском Селе под крепкой и тогда еще верной охраной и в мятежную столицу показываться не дерзал.