Я взялся за книгу Тарле и начал чтение с конца, то есть с приложения. Перед тем «Утопии» Мора ни в подлиннике, ни в каком-либо переводе я никогда не читал. Но я читал, хотя довольно давно, книгу Карла Каутского о Т. Море786, и она имелась в моей библиотеке. Из нее у меня твердо остались в памяти указания на удивительную безграмотность немецкого перевода «Утопии» Мора, изданного в известной рекламовой787 Universal Bibliothek788. Несколько примеров этой безграмотности были приведены Каутским. Так, немецкий переводчик выражение «in Castello», то есть в замке, в крепости, введенный в заблуждение прописной буквой, часто без нужды употреблявшейся в средневековой и близкой к ней литературе, перевел «в Кастилии», да еще прибавив от себя — «в Новой Кастилии».

Читая перевод Тарле, я на первых же страницах наткнулся на «Новую Кастилию». Тогда я возобновил в своей памяти указания Каутского и убедился, что не эта одна, а все без исключения указанные Каутским ошибки немецкого перевода красуются у Тарле.

Я поделился своим наблюдением с Челпановым.

— Вот видите, что я вам говорил! Нельзя в 8 месяцев написать серьезную диссертацию, хоть будь семи пядей во лбу. А талантливость и ученость Тарле сильно преувеличены. Но на диспуте он проскочит, так как Лучицкий — его друг и покровитель, а других серьезных оппонентов у него не будет.

Вовсе не думая еще выступать на диспуте, но просто заинтересовавшись делом, я приобрел латинский подлинник и два немецких перевода «Утопии» — старый, оцененный Каутским, и новейший789, взял еще несколько книг, в том числе новейшее английское издание «Утопии» в подлиннике, с английским переводом и с ценными комментариями790, и внимательно прочитал книгу Тарле, сличая ее с «Утопией», проверяя его ссылки на источники. Результат работы был удручающий. Перевод Тарле был несомненно сделан со старого немецкого.

Было крайне удивительно, что, пользуясь работой Каутского, Тарле не заметил у него оценки старого немецкого перевода «Утопии», которая была вместе с тем оценкой и его перевода. Это было бы совершенно непостижимо, если бы я не знал манеры Тарле читать книги. Он читает их поразительно быстро, очень много усваивает из них, но, в сущности, никогда не читает их подряд, а только проглядывает и иногда упускает из внимания важные для него факты. У Каутского же его отзыв о немецком переводе был сделан в подстрочном примечании, мелким шрифтом, — и Тарле его просто не заметил791.

Но была еще одна странность. Цитируя в тексте книги «Утопию», Тарле не пользовался своим собственным переводом, но переводил заново, с подлинника, и значительно лучше792. Возникло подозрение, что приложенный к книге перевод был сделан по его заказу другим лицом. Один из его молодых друзей (Вл[адимир] Вакар), защищая Тарле в этой истории и оправдывая его спешность, не мог не признать полной негодности перевода и высказал мнение, что он сделан женой Тарле793. Но, во всяком случае, Тарле должен был бы сличить перевод с подлинником и исправить его, а между тем он, по-видимому, не удосужился даже прочитать его, хотя бы в корректуре.