Шли часы, и наступала ночь. Значит, атака с рассветом. Но… приказание: батальону отходить. Из этого сделан вывод: наступление на станицу, даже и конной дивизии, кончилось полной неудачей. Причины? Для марковцев была очевидна основная: наступление велось, как их батальона, так и 3-й дивизии, не прямо на позиции красных, а вкось, почему и был подставлен противнику фланг… Что же касается конной дивизии, то ее в бою не видели, а значит, она действовала в полном отрыве от пехоты. Удара кулаком не было. Совершенно очевидно, что и ее наступление постигла неудача.
Батальон отошел в балку Глубокая, где его ждали подводы. Раненые были отправлены в тыл, а батальон, забрав убитых, куда-то тронулся. Часа через два-три куда-то приехал и разгрузился. Через короткое время все уснули, не обращая внимания ни на голод, ни на жажду, ни на холод.
Стали осматриваться. Где мы? Ясно виден Кавказский хребет, железная дорога, хутора; вправо, верстах в восьми, в низине, какая-то станица (Преображенская). А где злополучная Старо-Михайловская? Судя по всему, она должна быть где-то влево и впереди. Вон «наши» два кургана! Теперь ориентировались полностью.
Хочется есть и пить. Послали подводы за водой и за всем, что можно раздобыть в степи, чем утолить жажду, а относительно еды можно потерпеть, т. к. сообщили, что должны прибыть кухни. И действительно, скоро они подъехали с готовой пищей, с хлебом и с водой. Наелись досыта, и даже еще осталось. Еще бы: ведь в батальоне многих не досчитывалось.
Свыше 150 человек выбыло из строя; из них убитыми около 30 и «пропавшими без вести» – 2, конечно, также убитыми, но не найденными среди многих убитых и раненых красных. Наибольшие потери понесла 7-я офицерская рота: до ста человек, из коих 22 убитых и 2 пропавших.
Невдалеке от бивака батальона рылась большая могила, в которую сложили убитых. За немногими исключениями, все носили следы ужасных штыковых ударов. Выстроившийся батальон пропел молитвы и «Вечную память», осторожно засыпал могилу и отдал последнюю воинскую почесть.
Вырос в степи холмик – могила с 30 марковцами. «Их же имена ты, Господи, веси». Поставили простой крест.
Сестры милосердия и санитары говорили, что среди убитых неожиданно обнаружили двух офицеров еще с признаками жизни, которых отправили в тыл. Выжили ли они?
Через несколько месяцев казаки станицы Старо-Михайловской поставят памятник погибшим в боях у их станицы на более высоком из двух курганов – «Шамшале-Тюбо», у которого вел бой батальон марковцев. Но пройдут после этого немногие годы – и от памятника и братской могилы не останется следов: их уничтожит Советская власть. Останется иной памятник – эта запись.