Биографии и МемуарыСемь очерков о Владимире Горовицестр 5
Светлый фон
«Жутко было начинать деятельность среди общего запустения: чувствовалось, что надобно сделать многое, что киевскую публику нельзя было оставлять в ее недоумении, что ее, напротив, необходимо было успокоить, чтобы заполучить ее доверие»

Только после 1867 года концерты приобрели плановый характер[18]. Как правило, Дирекция КО ИРМО устраивала от 10 до 12 симфонических собраний. Кроме того, существовали еще так называемые камерные вечера, которых в году было примерно то же количество. И, наконец, проводились и публичные концерты учеников училища, примерным числом до 10 в год. Таким образом, только КО ИРМО было организатором около 30 концертов за год[19]. Несколько концертов устраивалось антрепренерами оперного театра. Как правило, они приглашали наиболее «громкие» имена, дававшие твердую гарантию аншлага.

Характерно, что одна из самых популярных газет города «Киевлянин» почти сразу после музыкального события помещала на своих страницах рецензию. Отметим профессиональность многих рецензий и независимую позицию авторов. Примером может служить рецензия первого концерта сезона 1869 года, который провело общество, отмеченного приездом европейской знаменитости — скрипача Фердинанда Лауба. К сожалению, отклик на него оказался не очень удачным для устроителей. Восторженно отзываясь о «заезжем чуде», критик разгромил местных музыкантов (исполнялась симфония соль минор В. А. Моцарта): «Боже, милосердный, как мы ошиблись! Как плачевно рушились вдруг наши надежды! Неужели этот бестактный гул и шум, неужели это — мелодия Моцарта? Не может быть! Тут вероятно была ошибка, но какая?… Ни один темп не был взят верно… Кроме forte и piano, никакие оттенки не соблюдались, зато при creschendo темп постоянно становился медленнее. Медные инструменты часто фальшивили…», — пишет, сохранивший в тайне свое имя, критик [51, № 138].

«Боже, милосердный, как мы ошиблись! Как плачевно рушились вдруг наши надежды! Неужели этот бестактный гул и шум, неужели это — мелодия Моцарта? Не может быть! Тут вероятно была ошибка, но какая?… Ни один темп не был взят верно… Кроме forte и piano, никакие оттенки не соблюдались, зато при creschendo темп постоянно становился медленнее. Медные инструменты часто фальшивили…»

В 1874–1875 годах у пульта дирижера в концертах стоял И. Альтани впоследствии дирижер Большого тетра в Москве. Отметим этот сезон особо, так как в тот год дед В. Горовица — Иоахим Горовиц баллотировался в Дирекцию Киевского Отделения и, видимо, был в концерте 19 апреля 1875 года, где играл Николай Рубинштейн. В концертной жизни сезонов 1879–1891 активное участие принимал глава украинской композиторской школы Н. В. Лысенко. В эти годы его имя встречается в концертных программах 14 раз.