В Пакистане Зия снова поигрывал мускулатурой военного положения, демонстрируя, кто в стране хозяин. Продолжая печатать статьи о жестоком и несправедливом обращении с Насером Балучем и его товарищами по несчастью, мы стали получать все более зловещие известия о готовившемся приговоре. Наши худшие опасения подтвердились, когда холодным и ветреным утром 5 ноября 1984 года военный суд в Карачи вынес приговор. Насер Балуч и остальные подсудимые подлежали «повешению за шею до умерщвления».

Мы в Барбикане перешли на режим чрезвычайного положения, выпуская воззвание за воззванием, чтобы при помощи международного сообщества спасти жизни приговоренных. Наше возмущение возросло, когда один из активистов в Пакистане раздобыл — и переслал нам — документ, свидетельствующий о том, что Зия лично приложил руку к приговору. Выяснилось, что военный суд сначала приговорил к смерти одного лишь Насера Балуча, с чем и согласился военный администратор Синдха. Но вдруг он изменил свое мнение и вернул дело суду для пересмотра. Лишь Зия, его единственный начальник, мог заставить его изменить мнение.

Более того, к нам попал документ на бланке главного военного администратора, который Зия подписал, утверждая эти смертные приговоры 26 октября, то есть на целых десять дней раньше, чем его марионеточный суд их огласил. После этого единственным шансом для этих людей оставалось прошение о помиловании, адресованное тому же самому Зие в качестве президента. Гнусный фарс! Обращаться к человеку, утвердившему их смертные приговоры еще до вынесения?!

У людей выступали слезы на глазах при виде этих документов, но меня переполняло возмущение. Впервые в наши руки попало подтверждение того, о чем мы многократно слышали: приговоры политическим узникам определяются самим Зией. Мы уселись за обработку документов, чтобы как можно скорее их опубликовать. Если что-то и могло обличить пакистанские суды как органы обнародования заранее принятых решений, то именно эти документы. Лорд Эйвбери, оказавший помощь в деле освобождения матери, устроил для нас пресс-конференцию в британском парламенте. Наша кампания набирала обороты.

Снова люди доброй воли откликнулись на наш призыв, откликнулись правозащитные организации, профсоюзы. «В то время как мы в нашей стране боремся за права рабочего класса, не следует забывать о борьбе наших братьев и сестер в других странах, — писал профсоюзный организатор Лоренс Плат из Ноттингема редактору «Ти-энд-джи рекорд», крупного профсоюзного журнала. — Возможно, мы еще успеем спасти жизни профсоюзного вожака Насера Балуча и его троих товарищей, ожидающих казни. Нам следует обратиться с протестом к правительству Пакистана через его здешнее посольство».