– Джоуи, – сказал я, – что значит «кажется»? Мы оба снюхали до этого по дорожке!

– Об этом я и говорю, ты так открыто это принимаешь. Как вчера, когда снюхал дорожку с барабана.

– О чем ты говоришь? Это же ты… это был твой кокаин, и ты сам мне его высыпал!

– Стивен, прошу! Дай мне договорить.

Боже, я как будто незаметно оказался в книге «Основы крысологии»! Диссертация «Почему-крысы-так-себя-ведут?». Сначала ты накачиваешь крысу адреналином… потом она бежит в стену и ломает себе шею. Вывод: такое поведение отклоняется от нормы – с этим надо что-то делать!

Крутой доктор пустился строить теории! У него есть тезис! Он тут главный (а мы, убогие наркоманы, ничего не знаем). Вот он рассматривает обсуждаемое поведение, но никому нельзя знать, почему крыса так себя повела. Я такой:

– Извините, профессор, а вам не кажется, что это как-то связано с дозой адреналина в крысе?

– А, нет-нет-нет, дело точно не в этом; как ты не понимаешь, мы тут изучаем поведение крысы.

Возродите крысу и убейте ее снова! Вот он я, Экспериментальная крыса, отклоняющийся от нормы грызун, чье поведение надо исправить.

– Ну, это большая группа, так что мы решили заниматься со всеми по очереди. Мы подумали, если Стивен будет трезвым, то и все остальные перестанут употреблять.

Как умно! Как логично! Но потом они говорят:

– Стивен, если не уйдешь сам, мы выкинем тебя из группы.

Что?! Выкинете меня из моей группы? Такое мне еще надо переварить.

Так вот, мне разрешили сделать один телефонный звонок – прямо как в полиции, – я позвонил Терезе, и она сказала: