Что же касается трагедии Вашей о Годунове, то Его Императорское Величество разрешает Вам напечатать её за Вашей личной ответственностью».
Пушкин ликовал: наконец-то после пяти лет проволочек он получил разрешение на издание «Бориса Годунова». В трагедии он затронул тему, волновавшую его в последнее время: Пушкины в истории России начала XVII столетия. Тогда они очень отличились при возведении на российский престол Лжедмитрия I. Об одном из них Пушкин писал: «Григорий Григорьевич Пушкин[98] принадлежит к числу самых замечательных лиц в эпоху самозванцев». Поэт посвятил ему два эпизода в трагедии «Борис Годунов». Первый из них — уговоры Басманова перейти на сторону мнимого царевича:
Басманов
Пушкин
Басманов
Второй эпизод. Москва. С Лобного места Гаврила Пушкин обращается к народу:
Народ
Пушкин
Народ
Мужик на амвоне
Народ
В набросках предисловия к «Борису Годунову» Пушкин дал развёрнутую характеристику деятельности героя трагедии: «Гаврила Пушкин — один из моих предков, я изобразил его таким, каким нашёл в истории и в наших семейных бумагах. Он был очень талантлив — как воин, как придворный[100] и в особенности как заговорщик. Это он и Плещеев своей неслыханной дерзостью обеспечили успех Самозванца.
Затем я снова нашёл его в Москве в числе семи начальников, защищавших её в 1612 году, потом в 1616 году, заседающим в Думе рядом с Козьмой Мининым, потом воеводой в Нижнем, потом среди выборных людей, венчавших на царство Романова, потом послом. Он был всем, чем угодно, даже поджигателем, как это доказывается грамотою, которую я нашёл в Погорелом Городище — городе, который он сжёг (в наказание за что-то), подобно проконсулам Национального Конвента».
Активен был и брат этого деятеля — Григорий Григорьевич, по прозвищу Сулемша. О нём Александр Сергеевич говорил:
— Другой Пушкин во время междуцарствия, начальствуя отдельным войском, один с Измайловым, по словам Карамзина, сделал честно своё дело (8, 77).
Словом, по содержанию трагедии «Борис Годунов» и изысканиям поэта создаётся впечатление, что Пушкины сыграли едва ли не решающую роль при возведении Лжедмитрия I на российский престол:
В прозе об этом эпизоде истории рода поэт говорил следующее:
— Четверо Пушкиных подписались под грамотою о избрании на царство Романовых.
За недостатком источников Александр Сергеевич в данном случае несколько занизил количество дальних родственников, подписавших судьбоносную грамоту. По новейшим изысканиям архивистов, таковых было семь персон: «Я чрезвычайно дорожу именем моих предков, этим единственным наследством, доставшимся мне от них», — говорил поэт.