Я снял ботинки, чтобы войти в воду и отснять видео этого невероятного события, – и весь остаток ночи только и делал, что старался увернуться от колючих конечностей ползающих крабов. Однако они ни разу меня не ущипнули, только перебирались через мои босые ноги и продолжали свой путь.

Когда стало светать, число крабов, стремившихся к воде, поредело. В конце концов, когда встало солнце, лишь несколько отставших еще подбегали к воде, чтобы выметать икру. А скалы по-прежнему кишели крабами. Когда мы шли обратно к машинам, дорога, которая два часа назад была совершенно пустынна, теперь оживлялась присутствием яркоокрашенных, свежевымытых крабов, которые спешили по домам, хорошо сделав свою работу.

Теперь предстоит несколько недель до возвращения крабов – тогда, вылупившись в море, маленькие крабики вернутся на сушу. По всей видимости, если существует такое массовое возвращение, то и зрелище должно быть столь же впечатляющим, так что когда-нибудь я снова приеду сюда, чтобы его увидеть.

Вернувшись домой, я упаковал сумки и позавтракал. Пора было направляться в аэропорт, мои фантастические две недели на острове Рождества подошли к концу. Это действительно совершенно особенное место с уникальной дикой природой. Кроме того, мое пребывание здесь значительно скрасили люди, которые охотно впустили меня в свою жизнь.

Я, разумеется, особенно благодарен Брейдону и Клэр за их гостеприимство и замечательный опыт знакомства с каучсерфингом.

Мне жаль было расставаться с островом Рождества и прекрасными друзьями, которых я там завел, – но впереди меня ожидало множество запланированных перелетов. За какие-нибудь пару дней я должен был перенестись из тропического островного лета в середину зимы в Исландии.

Во время полета из Шри-Ланки в Лондон, после второй кормежки, происходившей через 8 или 9 часов после начала перелета, я почувствовал себя неважно. Может быть, мне не стоило есть на завтрак омлет, поскольку его держали теплым на борту самолета уже часов десять. Меньше чем через час после еды меня рвало в туалете, а к тому времени как мы приземлились, я чувствовал себя совсем скверно. Я едва успел пройти таможню в Хитроу, прежде чем снова со всех ног броситься в туалет.

По дороге на поезде к дому брата меня еще сильнее залихорадило, а когда я добрался туда, Мартин и Рейчел оба были на работе. Я просто забрался в постель и проспал до конца дня.

Когда они вечером вернулись, я силком вытащил себя из кровати, все еще чувствуя себя ужасно, и сумел съесть пару крох от ужина, который приготовила Рейчел. Было так приятно снова видеть родных, но вскоре мне пришлось извиниться и отправиться обратно в постель.