Нет, он наверняка заодно с солдатом, который, конечно же, олицетворяет дьявола в человеческом облике[154]. В старину дьявол, солдат, сапожник, горбун и другие образы использовались, чтобы изобразить силы зла в мире и в человеческой природе[155].

Хотя мы вправе гордиться душой, которая в таких суровых условиях осмеливается попробовать что-то стащить, факт остается фактом: одно это не решает всей проблемы. Чтобы быть целостной, психология должна рассматривать не только тело, душу и дух, но также — в равной степени — общество и окружающую среду. И в этом свете на каждом уровне нужно задавать вопрос: как получилось, что едва не каждая женщина чувствует необходимость раболепствовать, лебезить, пресмыкаться, вымаливая жизнь, которая, если уж на то пошло, принадлежит только ей. Что же такое обитает в каждом обществе, что требует от нее этого? Если женщина обратит внимание на давление, создаваемое каждым слоем внутреннего и окружающего мира, то уже не станет думать, будто стащить дьявольские башмачки — значит сделать конструктивный выбор.

Ловушка шестая: заискивание перед коллективом, тайный бунт — бунт тени

Девочка тайком берет красные башмачки, отправляется в церковь, не обращает внимания на то, что творится вокруг, и заслуживает осуждение общества. По деревне идут сплетни и пересуды. Ее бранят и отбирают красные башмачки. Но слишком поздно — она уже попалась на крючок. До одержимости еще не дошло, но коллектив, требуя смириться с его ограниченными ценностями, усиливает и обостряет ее внутренний голод.

Можно стараться жить тайной жизнью, но раньше или позже на вас обрушатся супер-эго, отрицательный комплекс и/или само общество. Трудно скрыть то запретное, чего вы нестерпимо жаждете. Трудно скрыть ворованные радости, даже если они не насыщают.

Отрицательные комплексы, закрепленные в данной культуре, в данном социуме, имеют обыкновение хвататься за любое расхождение во мнениях относительно того, что считать приемлемым поведением, а что импульсом, свойственным конкретному человеку. Как некоторые люди приходят в бешенство, завидев один-единственный листик на своей дорожке, так и отрицательное суждение хватается за топор, чтобы оттяпать все, что не подчиняется правилам.

Иногда коллектив принуждает женщину быть «святой», просвещенной, политически правильной, разносторонней, чтобы каждое ее достижение было верхом совершенства. Если мы заискиваем перед коллективом и уступаем нажиму, требующему от нас бездумного согласия, нам удается избежать изгнания, но этим предательством мы навлекаем опасность на свою дикую жизнь.