– Неужели Господь?

– Да, Господь.

– Господь знал, что я всем своим видом показываю, будто церковь мне в тягость?

– Нет. Поведение твое Его не трогало, – с презрением сказала мать. – Он знал, что ты хочешь поскорее унести ноги. Ведь Он смотрит вглубь твоего сердца.

При этом Джозеф был не прочь прийти на венчание. Там ожидалась не только обычная толпа ходячих мертвецов, которые угнетали его до чертиков. Ожидались некоторые его приятели из тех времен, когда он еще бывал на службах, сыновья и дочери прихожанок – подруг его матери, друзья детства его и Грейс. А кроме того, Джозеф хорошо относился к Скотту, его родным и друзьям. Он летал к Скотту в Братиславу на холостяцкую гулянку, где надрался с его братьями и приятелями, а потом они от нечего делать постреляли в тире из «калашей».

И теперь он слегка волновался от предстоящего похода в церковь вместе с Люси и мальчишками – вероятно, потому, что Люси волновало все подряд: конечно, само событие (она обожала Грейс и Скотта), но и церковь тоже. Ей и раньше хотелось туда сходить, но Джозефу виделось в этом нечто подозрительное, нечто идеалистическое и, возможно, даже покровительственное.

– Пойми, это обычный храм, – объяснил он, когда она обратилась к нему за советом, что надеть. – Там никто не впадает в экстаз, не говорит язы́ками, не катается по полу.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Признай за мной хоть самую малость здравого смысла.

– Там не танцуют. Даже поют в основном кто в лес, кто по дрова. Одно старичье. Кто щебечет, кто каркает. Если тебе повезет, некоторые начнут малость раскачиваться. Обычно церковь полупуста. Ну, в этот раз сестра Скотта вызвалась исполнить «Совершенство» Эда Ширана, а ее мама – подыграть ей на фоно.

– Великолепно, – сказала Люси, но Джозеф понял, что она слегка разочарована.

Впрочем, сидя вместе с сыновьями в автобусе на пути в церковь, она невольно думала, что приглашение на свадьбу – это некое достижение. Во-первых, с тех пор, как Джозеф переспал с Джез, прошло больше двух лет, и за все это время – ну, насколько знала Люси – он ни разу не оступился. Живут они вместе, сообща отмечают семейные даты и никогда не строят планов на следующий год – только на ближайшую неделю, а в преддверии лета – на летний отпуск. Она на него не давит, но, возможно, люди и не должны друг на друга давить; вследствие этого каждый день приносил радости дружеского общения и совместной заботы о детях, а каждая неделя приносила наслаждение от секса, иногда не по одному разу.

Свадьба Грейс стала своего рода вехой. Новых знакомств ожидать не приходилось, а значит, можно было не опасаться смущения и нервозности. Она придет в качестве приятельницы Джозефа (в терминологии, которую предпочитал он сам), «просто Люси», и никто не придаст этому значения.