Р а з у м о в с к и й. Семейный праздник, Азгар?

А з г а р. Продолжим, Николай Семенович. Как вы, следователь с немалым опытом?..

Р а з у м о в с к и й (перебивая). Ты стал мне «выкать», потому что нас разделяет этот стол?

А з г а р. Не будем выяснять, что нас отделяет и что сближает.

Р а з у м о в с к и й. «Вопросы здесь задаю только я!» Так, что ли?

А з г а р. Именно так.

Р а з у м о в с к и й. Меняются же люди.

А з г а р. Я вызвал вас на допрос.

Р а з у м о в с к и й. Я чувствую, что на допрос. Я это очень хорошо чувствую!

А з г а р. Вот и прекрасно. Меня интересует такая ничтожная деталь… Почему все-таки вы, опытный следователь, остановились тогда, семь лет назад, на довольно зыбкой версии о самоубийстве?.. Хотя факты говорили явно об ином.

Р а з у м о в с к и й. Я и сейчас убежден, что имел место факт самоубийства! И сейчас!

А з г а р (записывая показания). А вот эксперты, которые помогли вам прийти к такому выводу, уже не убеждены.

Р а з у м о в с к и й. Под монастырь задумал меня подвести? Ты что? Мы же вместе учились!

А з г а р. Отвечайте на вопросы, Николай Семенович.

Р а з у м о в с к и й (с апломбом, резко). Я могу лишь повторить то, что описано в протоколе осмотра! Ничего нового я вам не скажу. Там все описано совершенно точно.

А з г а р. Вы осматривали другие комнаты в квартире Ватагиных?