— Ну… два семейства, Аррексы и… эти… Фанлексы.

— Раса! — теряя терпение прошипел Ссадаши.

— А, — с пониманием протянул Вааш и опять широко зевнул. — Ну… это… люди. Бабка только со стороны Аррексов лекарелка.

— Вааш!

— Ну почти люди, — просыпался наагалей с большим трудом. — Фанлексы смески, но на большую часть люди.

— Какие смески? — нетерпеливо прихлопнул по полу хвостом Ссадаши.

— Да… — Вааш замер и беззвучно зашевелил губами, словно подсчитывая. А затем досадливо отмахнулся: — Да там кого только нет! У них принцип семейный — любовь без ограничений. Эй, да я не про эту любовь! — Вааш пихнул Ссадаши в бок. — Там другое, — по его губам расползлась блаженная улыбка. — Фанлексы влюбляются без оглядки на расу и срок жизни. Ведь десять, двадцать, шестьдесят лет жизни в любви — это десять, двадцать, шестьдесят лет счастья! А чё ещё надо?

Дейна сама не знала, что лишила наагалея счастья лицезреть, как она прочёсывает ссохшиеся в спутанный ком волосы. Когда она проснулась, наагалея в спальне уже не было, а здравый смысл к ней уже вернулся. Поэтому женщина, не взирая на слабость и тошноту, поползла в купальню.

Не в купальню наагалея, а в общую купальню для дворцовой охраны, которая находилась в другом крыле. Оршош в компании ещё одного нага молча последовал за ней: господин, уползая, велел смотреть, но не распоряжался держать хранительницу на месте. Они терпеливо дождались возвращения Дейны из купален (лишь пару раз заглянули одним глазком внутрь, чтобы убедиться, что она там) и проводили её до покоев. Её собственных.

Там женщина отгородилась от нагов ширмой и вознамерилась переодеться. Те нисколько ей не помещали. Только проверили стену, простучали хвостами, а потом уползли за ширму и даже целомудренно повернулись спинами.

Одевание окончательно вымотало Дейну, и она плюхнулась на постель отдохнуть пару минуточек. Проснулась она только спустя полчаса под пристальными взглядами нагов.

Что произошло вчера, Дейна помнила очень смутно, но не сомневалась: наагалей ей всё припомнит!

— Где господин? — спросила она, с трудом воздвигаясь в вертикальное положение.

— Скоро должен приползти проведать тебя, — ответил Оршош и косо улыбнулся. — Проведать там, где тебя оставил.

О, значит, она ещё может его поймать и приступить к исполнению своего долга хранительницы!

Поймала она нааагалея прямо на выходе из покоев. Наг выглядел раздражённым, отсутствие женщины на положенном месте его не порадовало. Но, увидев Дейну в сопровождении подчинённых, он с лёгким удивлением вскинул брови.

Дейна немного пошатнулась, осматривая господина, но устояла, хотя от ярко-розового цвета наряда наагалея её затошнило, а голова закружилась. Господин ещё зачем-то нацепил венок из живых цветов, но рассмотреть в нём ребёнка как раньше Дейна не смогла. Из-под лепестков розового мака на неё смотрели глаза взрослого мужчины, и девчачий наряд её обмануть не мог.