Но живший только титановой правдой Катимбер оказался им не по зубам. Его гордость и бунтарство были так велики, что он объявил войну Небесам, сражался с богами Сальвана. Восстав из мертвых, он не был собой, не мыслил и не говорил — но его тело было телом титана, и обычная призрачная нечисть не имела и шанса им завладеть. Все эти алтыгеи, багаути, шруты и голодные духи отлетали от Катимбера так же, как магия бесчисленных смертных.

Пока в его голову не ворвался Легион.

Миллион душ разом. Среди них были смертные и бессмертные из сотен миров, были демоны и небожители. Миллион призраков, скрутившихся в страшной мощности конгломерат. Они распространились по всей громаде Катимбера, охватили каждую его клеточку, каждую частичку колоссального тела.

Для них как будто открылся целый космос. Здесь было гораздо… просторней, чем во всех предыдущих телах. Да что там просторней — они получили в свое распоряжение кусочек бесконечности.

Память мозга. Легион получил к ней доступ, увидел и воспринял все, что пережил и перечувствовал Катимбер за двадцать пять тысяч лет. Одиночные духи именно после этого сбегали или сгорали в огне титанова жребия. Не могли выдержать жара его сердца, не удерживались в пылающем разуме Катимбера Могучего.

Но стержнем Легиона был Худайшидан. И оказавшись в самой сердцевине мертвого титана, узрев все, что тот пережил и перечувствовал, он лишь улыбнулся, и вспыхнули восторгом его глаза.

Ты тоже богоборец? Мы поладим.

Вспыхнули глаза Худайшидана — и вспыхнули глаза Катимбера. Пустые и мертвые, бесстрастные и равнодушные — через десять тысяч лет после смерти в них вновь засветилась мысль.

Теперь это были глаза Худайшидана.

И Каана. И Дворка. И Тивилдорма. И Ардзедатена. И многих других. Миллион душ смотрел теперь из этих глаз.

- МЫ — ЛЕГИОН, - громогласно изрек Катимбер.

Мертвый титан замер, не сделав нового шага. А потом… начал падать. Несколько секунд он раскачивался вперед и назад, пока гравитация не сказала решающего слова.

Страшный грохот раздался, когда этот колосс рухнул, и сотни деревьев разлетелись в щепки. Хорошо еще, что вокруг была безлюдная местность, что на десятки вспашек во все стороны простиралось дикое поле, холмистая лесостепь.

Легион вселился в это гороподобное тело, но еще не подчинил. О, эта оболочка не собиралась разлагаться! Мощи Катимбера с избытком хватало, чтобы выдерживать мощь Легиона! Однако его плоть еще предстояло взять под контроль, предстояло оживить в полной мере.

Духи делали это совместно. Каждый получил свой фронт работ — какой-то орган, кость, мышцу, участок кожи, группу клеток. Словно команда огромного корабля, они распределились по всему Катимберу, общими усилиями создавая новую сверхдушу.