Несмотря на ряд довольно значительных недочетов, бой этот надо отнести к числу положительных образцов русского военного искусства. Решение Фиркса вести активную оборону было вполне правильным. Конница и конная артиллерия 12-й кавалерийской дивизии хорошо взаимодействовали с пехотой и хоть и не в полном составе, а отдельными эскадронами и артиллерийскими взводами способствовали задержке наступления турок, воздействуя на их фланги, а с началом отхода турок - преследуя их. Артиллерия под руководством командующего 12-й артиллерийской бригадой полковника Григорьева, удачно применяя маневр огнем и колесами, крепко поддерживала пехоту. Пехота и конница в трудную минуту огнем и контратаками выручали артиллерию.

Особое внимание в этом бою обращают на себя смелые и инициативные действия Санникова. По сути говоря, эти действия решили исход боя в пользу русских как на левом, так и на правом фланге. Потери одессцев за время их блестящих ударов были ничтожны, тогда как украинцы, брошенные Фирксом преждевременно прямо в лоб на укрепленные турками высоты у Гюр-Чешме, понесли огромные потери.

Сулейман-паша в своих донесениях султану изобразил бой 26 ноября как незначительную демонстрацию, имевшую главным назначением оттянуть к Дунаю побольше русских войск, для того чтобы можно было с большими шансами на успех нанести главный удар на противоположном фланге Восточно-Дунайской армии, у Елены.

Наступление Сулейман-паша назначил на 4 декабря. Идея плана наступления состояла в том, что с востока на Елену должны были наступать 31 табор под командованием Фуада-паши, а шесть таборов обходили правый фланг Еленского отряда с юга, от Твардицы на Новачи.

Еленский отряд в составе Севского (по имени города Севска) и Орловского пехотных и 13-го драгунского полков при 26 орудиях к утру 4 декабря располагался тремя группами: восточным передовым отрядом у Горного Марена, прикрывавшим пути с востока от перевала Демир-Капу; южным передовым отрядом у Новачи, прикрывавшим пути с юга от Твардицкого перевала; главными силами на позициях в 1,5 км восточнее Елены. Передовые отряды былине велики. Позиции главных сил располагались в котловине, а командовавшие над ними возвышенности, с которых они легко поражались, не были заняты ввиду недостатка сил.

Елена находилась на стыке Восточного и Южного фронтов Дунайской армии, поэтому ответственность за ее оборону несли как Радецкий, так и Деллинсгаузен. Они уже примерно с половины ноября детально знали о подготовке удара крупных турецких сил на Елену. Несмотря на это, они не приняли всех нужных для усиления обороны мер. Радецкий ограничился тем, что силами болгар устроил у Евковцы тыльную позицию, наметив занять ее при прорыве турок у Елены 4-й стрелковой бригадой, стоявшей в резерве у Тырнова (до десяти часов хода от Елены). Деллинсгаузен усилил Еленский отряд всего одним Севским полком; этого было недостаточно ни для занятия командовавших высот, ни для должного укрепления позиций главных сил отряда.