У дальней стены увидела барную стойку, немало обрадовавшись. Наверняка он работает барменом. Чего стыдиться?!

Была мысль подойти к стойке, когда он появится, и попросить угостить меня чем-нибудь. Немного поразмышляв, решила его не смущать. Просто понаблюдаю за ним со стороны.

Толпа загалдела, бурными овациями приветствуя кого-то, а потом начала громко скандировать:

— Феликс! Феликс! Феликс!

Запнулась и медленно повернула голову на орущих людей, задорно размахивающих руками и подбадривающими табличками. Почему они выкрикивают его имя? Он лучше всех варит кофе или фантастически смешивает коктейли? А может, его бургеры самые вкусные?!

Мозг лихорадочно соображал, выискивая десятки новых бредовых идей и отвергая единственно верный вариант. Но скорость мысли не опередишь…

Неужели он снова куда-то вляпался?! Уши надеру! Или он решил, что достаточно со мной позанимался, чтобы драться самостоятельно?! Олух!

Помещение огласил очередной удар гонга, заиграла ритмичная музыка и сквозь шум и крики донеслись звуки борьбы двух дерущихся мужчин. Покалечат мою Соломинку!

С замиранием сердца бросилась к лестничному проему, расталкивая толпящихся в проходе зевак, которым не хватило скамеек. С трудом пролезла между последними габаритными мужчинами, прихлебывающих пиво из высоких бокалов, и выбежала перед рингом как раз в тот момент, когда Феликс пропустил мощный удар по ребрам и, морщась, повис на бортиках.

Мой испуганный крик утонул в сотне таких же вскриков и оглушающей музыке. За шиворот меня не очень любезно схватил охранник и подтолкнул обратно к проходу, чтобы не маячила перед рингом, так как правилами это запрещено. Сердце от паники билось через раз, отдаваясь гулом где-то в горле, ладони прижались ко рту, сдерживая новый крик, но отвернуться я уже не могла.

Феликс с силой оттолкнулся от борта и с ехидной улыбкой вернулся к своему сопернику, пока что примеряясь и присматриваясь.

Увернулась от охранника и снова целеустремленно направилась к рингу. Сзади меня схватили за одежду и обхватили поперек туловища, фиксируя руки по швам.

— Девушка, ну что ты такая бестолковая! — кричали мне на ухо, пытаясь переорать толпу. — Ясно же сказал: туда нельзя!

Я могла освободиться, применив силу, но мне не хотелось разборок с пожилым человеком. Наверняка, его жена и внуки не очень обрадуюся расквашенному носу родного человека, да и у меня рука не поднимется на дедушку. Попробую объяснить мирно.

— Пожалуйста! Нужно срочно вытаскивать его оттуда, пока кости целы! Его же покалечат! — кричала в отчаянии.