После смерти Тараки и Амина – а также при поддержке СССР – Бабрак Кармаль наконец-то получил шанс реализовать политический подход, который он отстаивал с первых дней существования НДПА, а именно – привлечь некоммунистов к государственным делам. Однако стратегия Кармаля могла сработать лишь в апреле 1978 г. – в самом начале Саурской революции. К тому моменту, когда Советы поставили его во главе ДРА, миллионы афганцев уже примкнули к оппозиции. Патриотические воззвания генсека к народу звучали как насмешка – ведь афганские города были заняты солдатами атеистической зарубежной державы.

Кармаль учредил «правительство национального единства», куда вошли 28 министров (подавляющее большинство из них являлось парчамистами, несколько человек принадлежали к фракции «Хальк» и еще трое не были членами НДПА). 2 января 1981 г. генсек объявил о создании Национального фронта Отечества – зонтичной организации НДПА, нацеленной на расширение социальной базы коммунистического режима. Первый съезд состоялся 15 июня – по официальным данным, на нем присутствовало около полумиллиона делегатов, которые представляли все слои афганского общества: профсоюзные деятели (200 тыс. человек), молодежные активисты (25 тыс. человек), женщины, муллы, крестьяне и др. Впрочем, Национальный фронт Отечества не продемонстрировал особой активности. По замечаниям наблюдателей, в реальности на съезде было максимум несколько тысяч делегатов – в основном членов «Парчама».

Кремль скептически относился к радикальным преобразованиям в Афганистане. В 1980 г. Кармаль провозгласил политику невмешательства в жизнь тех племен, которые откажутся от борьбы с правительством, – особенно в районах возле пакистанской границы. Кабул возобновил выплаты традиционных субсидий влиятельным кланам. Летом 1981 г. генсек объявил, что в земельную реформу внесены изменения – отныне конфискации не подлежали земли офицеров и провластных ханов. Крестьяне, добровольно отправившие сыновей на службу в армию, получали приоритет при распределении конфискованных угодий.

Тем не менее Советы поняли, что у НДПА нет ни народной поддержки, ни ресурсов и навыков для того, чтобы обрести ее в ближайшем будущем. Тогда мушаверы обратились к проверенному методу – воспитанию подрастающего поколения в советском духе. К 1982 г. 40 тыс. детей в возрасте с 10 до 14 лет числились пионерами и активно доносили на родителей, учителей и одноклассников. По достижении 15 лет они вступали в Демократическую молодежную организацию (аналог комсомола), дежурили в публичных местах и распространяли пропагандистские материалы. Лучших «комсомольцев» принимали в НДПА. Беспризорников, осиротевших во время войны, помещали в интернаты и учебные центры, которые курировала ХАД. Тысячи школьников отправили на учебу в СССР[169]. Школьная программа была переписана, в нее ввели политические занятия и уроки русского языка. Набор в вузы упал до 5000 человек (в конце 1970-х гг. ежегодно зачисляли около 15 тыс.); преподавателей-немарксистов уволили.