Двое бойцов с трудом сумели поднять автоматы, но одеревенелые пальцы уже не слушались.

- Шеф! Что происходит?!

- Судьба происходит, солдат, - усмехнулся старик. – Твоя судьба. Как ты сказал, офицер? Ничего личного?

Он махнул рукой.

Один из сектантов подскочил к спецназовцам и быстро, одному за другим, перерезал им глотки.

Они еще с минуту были на ногах, заливая все вокруг кровью.

Потом рухнули на пол.

- Вот оно, очищение от скверны, - провозгласил старик. – Железом и кровью. Останутся только Истинно Верующие. Да, дети мои?

- Да, Старый, - протянули нестройным хором сектанты.

- Пойдем уже дальше. Нечего время терять.

- Стойте! – раздалось вдруг сзади.

Старик обернулся.

Алина стояла в дальнем проходе между станками и смотрела на него.

- О! Какая неожиданность. Посмотри, сын. Здесь твоя пухлозадая целочка. Сама пришла. Удивительно.

Авалон Гарт вскинулся и замычал, уставившись на Алину вытаращенными глазами.

- Я хочу поговорить! – крикнула она. – Просто поговорить!

- Милая деточка, - улыбнулся старик. – Гарты с дичью не разговаривают. – Он повернулся к своей свите. – Обездвижьте ее. И возьмите с собой. Доберемся до места, там ею и займемся.

Сектанты подняли трубки.

- Нет! – Алина вскинула руку, приставив нож к своей шее. – Твое снадобье начинает действовать через две секунды. Если выстрелите, я успею перерезать себе горло! Я нужна твоему сыну, и ты даже не знаешь зачем! Готов рискнуть?

Старик вздохнул и глянул на Авалона.