Пока я погружался в невесёлые мысли о своей роли в мироздании, толпа студентов немного остыла и начала возвращать себе подобие приличного поведения. Очень условное подобие, но теперь хотя бы слышались не только восторги из серии: «Учитель, это было круто!», «Научите нас этому приёму?», «Мы не знали, что вы настолько сильный!», ну и так далее, но и пошли вопросы по теме:

— Скажите, Боевое Искусство Дракона ведь самое сильное из всех трёх?

— Нет, — лаконично хлестнул голосом наставник, в зародыше прерывая начавшийся было гвалт желающих повозмущаться тому, что паренёк спросил такую глупость после такой показательной демонстрации, мол, ясно же, что сильнейшее и всё такое. — «Драконы» — самые распространённые, — дождавшись тишины, начал пояснять мужчина, — но Боевое Искусство Огня сильнее. Дракон может победить повелителя огня не выше своего ранга, и то один на один. Владеющие искусством огня могут поражать своими атаками огромную область, поэтому они способны победить сразу нескольких драконов того же ранга, что и они. Встретившись лицом к лицу с мастером пламени, вы не сможете убежать, даже если захотите. От огня не скрыться.

Разочарованный ропот малолеток эхом прокатился по двору, вынуждая меня невольно изумляться внутри от вывертов местной системы образования. Надо сказать, с массовым образованием тут было всё не так уж плохо для средневековья, по крайней мере, читать и писать умели все, даже самые безродные крестьяне, разве что последние делали это похуже остальных. При этом местная письменность была полной калькой с китайских иероглифов, я бы сказал, что вообще ими самыми, но среди моих знаний китайского языка не было, и о письменности Поднебесной я помнил лишь несколько крайне общих фактов, потому и не мог говорить наверняка. Тем не менее для местного языка был нормой принцип того, что одно и то же понятие может иметь до десятка и более различных и ничем не связанных друг с другом вариантов написания, равно как и то, что один и тот же иероглиф может иметь крайне разное значение в зависимости от места в строке и тех иероглифов, которые его окружают. Иными словами, чтобы разбираться во всём этом, надо потратить времени и усилий гораздо больше, чем на три класса церковно-приходской школы. К этому следовало добавить, что во дворе академии сейчас собрались далеко не безродные пейзане, а люди, как минимум происходящие из семей военных, причём не рядовых, а офицерского состава, пусть и младшего. Но это самый-самый минимум, когда родители накопили на беспорочной службе поощрений и деньжат, чтобы суметь отправить любимое чадо в престижную академию, тем самым даруя им путёвку в жизнь и на реальные верха. Таких здесь максимум пара человек, а вот большая часть — это дети благородных семей, кланов, которые считаются вполне себе аристократией. Конечно, отпрысков из высших эшелонов тут тоже единицы, а основной контингент — это вассалы полноценных хозяев жизни, нередко сами работающие в поле, чтобы прокормиться. Тем не менее все они получили начальную подготовку и уже могут кое-что в местной магии, но… по какой-то причине всё равно удивляются азам, которые в стране должен знать буквально каждый, даже сам не практикуя боевые искусства. Отличить одного практика от другого и знать, что и от кого ждать — это же вопрос элементарного выживания, в конце концов.