Прошло еще немного времени, и я уже стоял во дворе, подстриженный, в одних штанах. Я не увидел ни йомсвикингов, ни рабов. В длинных домах, где мы жили, теперь было пусто и прибрано, а угли в очаге давно остыли. Я нашел свой лук, два топора и сакс, все мои вещи лежали на своих местах, но ни Вагна, ни его людей, ни Бурицлава с дружиной не было, все покинули Хутор.

Я сел на скамью возле очага, было очень непривычно сидеть здесь в тишине. Ветерок залетал в дом через дымоходы и кружил пепел, он ложился мне на ступни и волосы на лодыжках, легкий как снежинки. Снова я остался один. Я мало что знал о любви между мужчиной и женщиной, лишь строфы из застольных песен и стихов, но от них было мало проку. Я представил ее, уходящую со всеми по тропе в лес. Бурицлав ехал в окружении вендов, йомсвикингов, слуг и рабов, эта разношерстная колонна двигалась среди буковых деревьев.

Послышались шаги на улице, я обернулся и увидел входящего Эйстейна. Он убрал волосы со своего испещренного шрамами лба и выдохнул с облегчением. Эйстейн подошел к своему спальному месту и начал складывать оружие, колчаны со стрелами, какие-то свертки с сушеным мясом и травами; он показал их мне, пояснив, что лекарь оставил их для меня, если мне станет хуже, но теперь я встал на ноги, поэтому беспокоиться не о чем.

Поход сквозь вендские леса – одно из моих самых любимых воспоминаний. Я помню запах сырой земли и тысячи переполненных ручейков, образовавшихся из таящего снега; лесную почву, покрытую ветреницей дубравной, и березовые веточки с только что появившимися листочками, шелестящими на ветру. Я ехал верхом на кобыле в белых яблоках, оставленной Вагном, а Вингур шел рядом со мной. Эйстейн считал, что я мог спокойно ехать на своем подросшем коне, потому что тот уже больше не хромал, хотя и не привык возить кого-то на спине.

Вагн оставил нам кусок шкуры, куда наносил какие-то линии. Это была карта, но она ничего не говорила ни мне, ни Эйстейну. Эйстейн остался, когда йомсвикинги поехали вместе с Бурицлавом, но никто не знал, куда собирался вендский конунг. Так было всегда. О том, что зимы он проводит на Хуторе, знали все, но в другие времена года было сложно сказать, куда он отправится, а Бурицлав чувствовал себя защищенным, находясь в лесу. Когда с полей сходил снег, перед ним стояла другая задача – он часто переезжал, не позволяя врагам объединиться и выступить против него. Шли даже разговоры, что он нашел двух людей, похожих на него как две капли воды, которые тоже держали целый двор в других фортах, чтобы запутать врагов.