Как это произошло? Я, честно, не знаю, ведь я дремал и никаким образом к своему телефону не прикасался. Телефон лежал в кобуре, и клавиатура у него была заблокирована. Мистика! На тот момент я не понял, но песня прозвучала как пророчество.
Саратов встретил, той же осенью, но не такой, как описал Пушкин, когда природа тиха и необычайно красива, а самая гадкая, самая унылая пора осени. Хляби небесные разверзлись, и полил нудный серый дождь, постепенно окрасив весь мир в серый цвет. От дождя и грязи все было серым: деревья, дома, земля, небо, машины и люди на улице – все несло на себе разные оттенки уныния и тоски. Кроме серого на улице не было никакого цвета, все цвета сожрал дождь. А еще, за последние годы, Саратов превратился в огромную помойку: мусор, пивные бутылки, окурки и грязь были везде. В переполненных мусорных баках, даже возле Крытого рынка, копошились крысы размером с хорошую кошку. Ни серая муть осени, ни помойка вокруг не способствовали хорошему настроению. Но… служба государева превыше всего.
У моего друга в Саратове, на Второй Дачной, была однокомнатная квартира. Хотя, назвать это квартирой, конечно, можно было с большой натяжкой. Однокомнатная халупа в семейной общаге, которую он приобрел для амурных дел. Друг, типа, бизнесмен, а у них сейчас мода на супружеская верность, но он никак не может побороть себя, чтобы первую попавшуюся женщину не затащить в постель. Причем ему не отказала еще ни одна, поэтому он и завел себе квартиру подальше от дома, в том районе, где его никто не знает. Но в этой халупе была кухня, целых четыре квадратных метра, и сидячая ванна, совмещенная с туалетом. Для жилья в командировке в самый раз. Ключи у меня были с собой. Я с автовокзала прямиком смотался в «Стрелец» – набрать дешевых книжек, и на восемнадцатом автобусе поехал на квартиру. Всю дорогу меня преследовала песня Талькова. Мотив привязался и не отпускал. Идя с вещами на квартиру, я мурлыкал себе под нос такие знакомые, но уже давно забытые слова и мотив. Бывает ли у Вас такое? А вот меня, иногда, зацепит какая-нибудь мелодия и весь день не отпускает, и вроде бы казалась, что песня-то дрянь, а как привяжется, так и не отпускает весь день.
Бросив вещи, я вышел в дождь и заметил её ещё на остановке. Да и трудно было её не заметить – копна рыжих волос горела неподдельным огнем. Я сразу вспомнил раннюю осень, когда на деревьях огнем горят листья: желтым, красным. И так на душе становиться тепло от этого огня. И что-то удивило меня, это я понял уже потом, сидя на лекции, она была в белом, даже зонт был белым, в такую-то погоду, но при этом на ней не было и капли грязи. Я, например, вымазался весь. «Как невеста» – хмыкнул я про себя, вспомнив что меня удивило.