Вместо того чтобы рассматривать решение об изменениях в правилах как механические процессы расчета, лучше занять такую теоретическую позицию: рассматривать институциональные выборы как процесс принятия обоснованных решений относительно неопределенных выгод и издержек. Это дает возможность опираться на эмпирически поддержанные теоретические работы социальных психологов, касающиеся процессов суждения человека в попытке охарактеризовать процесс институционального выбора[202]. Все суждения людей в неопределенных и сложных средах являются предметом нескольких известных предубеждений.

Люди, например, придают большее значение потенциальным потерям, чем потенциальным выгодам (Hardin, 1982; Kahneman and Tversky, 1979). Следовательно, они будут серьезнее оценивать дифференцированно ожидаемые выгоды от предотвращения будущих убытков, чем выгоды от производства будущих благ. Из этого можно вывести некоторые общие прогнозы ситуационных переменных, которые могут склонить людей к принятию новых правил для защиты активов ОР. Склонность политических лидеров к обсуждению проблем ОР с использованием «кризисных» терминов становится гораздо понятнее, если учесть, что люди обращают больше внимания на предполагаемый вред, чем на предполагаемые преимущества того же размера. Кроме того, следует ожидать, что присваивателям или кому-либо другому труднее управлять ресурсными системами, которые могут быть быстро разрушены (например, популяции рыб, которые мигрируют не отдельно, а преимущественно косяками), чем более устойчивыми к разрушению ОР.

Следует ожидать, что принять новые правила, ограничивающие присваивательную деятельность, люди будут стремиться тогда, когда есть четкие показатели деградации природных ресурсов, которые, как правило, воспринимаются как точные предсказатели будущего вреда, или же когда лидеры способны убедить других, что «кризис» неизбежен. Жиль и Джамтгаард (Gilles and Jamtgaard, 1981), например, утверждают, опираясь на несколько эмпирических исследований, что продукт, который производится на пастбище (молоко, шерсть, мясо), может повлиять на способность присваивателей быстрее узнать о неблагоприятных условиях, если они возникнут. Доения проводят ежедневно, и разница в надоях быстро становится очевидной для скотоводов. Шерсть стрижется реже, но ее качество бросается в глаза тем, кто разводит овец. Качество мяса, произведенного для рынка, контролируется реже и даже может быть неизвестно скотоводам. Итак, качество и своевременность информации, которую присваиватели ОР получают о своих ресурсах, изменяется в зависимости от того, как используются ресурсные юниты, а также в зависимости от типов ресурсов. Проблемы откачивателей подземных вод в получении точной и достоверной информации о состоянии их ОР — более сложные, чем у скотоводов, независимо от конечных продуктов деятельности скотоводства.