— Предпочитаю самый простой ответ на головоломку.

— Пожалуйста. Мой совет, если он чего-нибудь стоит, заключается в следующем. Пусть НУМА соорудит рефлектор под стать тарелке спутниковой системы слежения, погрузит его в море в точке схождения и отразит акустические волны.

Лицо Сэндекера не выразило никаких эмоций, но сердце приготовилось выскочить из груди. Ключ к разгадке оказался до смешного прост. Если смотреть правде в глаза, то осуществить этот замысел «звукового зайчика» будет не очень легко, но — вполне возможно.

— Если НУМА сможет соорудить и установить этот рефлектор вовремя, — спросил он Эймса, — куда следует направить звуковые волны?

По губам Эймса скользнула коварная улыбка.

— Выбор цели совершенно очевиден: в какую-нибудь необитаемую часть океана — скажем, в Южную Атлантику. Но поскольку энергия схождения медленно убывает при передаче на очень большие расстояния, не лучше ли направить ее к источнику?

— То есть к шахте на острове Гладиатор, — уточнил Сэндекер, еле сдерживая восторженные нотки в голосе.

Эймс кивнул:

— Выбор ничуть не хуже любого другого. После путешествия туда и обратно у звука не хватит мощности, чтобы убить людей. Зато нагнать страху Господнего и доставить поистине адскую головную боль он будет еще способен.

38

38

Вот и появился конец веревочки, с горечью подумал Питт. Настал предел человеческих возможностей. Итог героических усилий. Конец всему, что могло бы их ожидать в будущем: желаниям, любви и радостям. Вскоре они пойдут на прокорм рыбам, их жалкие останки канут в воду и упокоятся на морском дне. Мэйв никогда больше не увидит своих сыновей, Питт — родителей и многочисленных друзей в НУМА. Поминальную службу по Джордино посетит огромное количество скорбящих женщин, каждая из которых могла быть достойна звания королевы красоты.

Суденышко, до сей поры выносившее их из жуткого хаоса, буквально расходилось по швам. Трещина вдоль днища корпуса делалась все шире и шире. Поплавки пока удерживали лодку на плаву, но как только корпус распадется надвое, Питт, Джордино и Мэйв окажутся манной небесной для вездесущих акул.

Море было довольно спокойным. Высота волны не превышала метра.

Питт склонился над рулем, прислушиваясь к ставшим уже привычными чавкающим звукам, — это Джордино вычерпывал воду из лодки. Зеленые глаза Питта, больные и распухшие, шарили по горизонту. Солнечный шар поменял утренний золотисто-оранжевый цвет на слепяще-желтый. Надежде вопреки Питт смотрел и смотрел вперед, не покажется ли хотя бы намек на спасение. Нет. Ни корабля, ни самолета, ни островка. Только облачка, бредущие на юго-запад. Мир вокруг был так же безлюден, как равнины Марса.