– Увы, не мне решать, – вздохнул Питт. – Где-нибудь и когда-нибудь вас, вероятно, повесят за ваши преступления, за хладнокровные приказы убивать людей, стоящих у вас на дороге. А мне достаточно скромного местечка в переднем ряду, чтобы полюбоваться, как вы болтаетесь на перекладине.

– Весьма вдохновляющая иллюзия, мистер Питт, и весьма заманчивая. Жаль только, что это чистой воды фантазия.

– Вы очень трудно поддаетесь убеждению.

– Брат, прикажи открыть огонь! – потребовала Эльза. – Пусть застрелят гадов! Или я сама прикажу.

Карл поглядел в усталые лица бойцов Клири:

– Моя сестра права. Если вы не сложите оружие в ближайшие десять секунд, мои люди вас перебьют.

– Этого не будет, – парировал Питт коротко и резко.

– Сто стволов против двадцати? Бой продлится недолго, мистер Питт, и исход у него может быть только один. Понимаете ли, слишком многое поставлено на карту. И я, и мои сестры с радостью пожертвуем жизнью ради Четвертой империи.

– Глупо жертвовать жизнями ради уже погибшей и похороненной мечты, – заметил Питт как бы между прочим.

– Все это не более чем пустые слова. Но, как бы там ни было, мне будет приятно сознавать, что вы погибнете первым.

Питт посмотрел на Вольфа долгим взглядом, опустил глаза на автомат в руках этого безумца. И пожал плечами.

– Будь по-вашему. Но, пока ваша кровожадная натура еще не завела вас слишком далеко, я предлагаю вам оглянуться назад.

Вольф покачал головой:

– Я с вас глаз не спущу.

Питт повернулся к Эльзе и Блонди:

– Девушки, может быть, вы просветите вашего братца на предмет кое-каких жизненных реалий?

Сестры Вольф обернулись.

Головы всех присутствующих повернулись одновременно, каждая пара глаз в ангаре уставилась на заднюю стену у входа в дальний туннель. Если что-то здесь и было в дефиците, то уж никак не автоматы. Еще двести участников драмы вступили в действие, рассыпавшись возле разбитых самолетов. Две сотни зловещего вида “Спартаков” смотрели в спины ученым и инженерам “Дестини Энтерпрайзес”, а держали их в руках люди, чьи лица были скрыты шлемами и защитными очками. Они расположились правильным полукругом – передняя шеренга в положении для стрельбы с колена, задняя шеренга стоя – и одеты были в те же полярные боевые костюмы, что и люди Клири.

Один из них шагнул вперед и заговорил громким властным голосом:

– Всем очень медленно положить оружие и отойти назад! При первом признаке враждебных действий мои люди откроют огонь! Делайте, что я говорю, и никто не пострадает!