— А как же я, босс? — с притворным негодованием вопросил Джордино. — Неужели мне не выдадут удостоверение судового инспектора?

— Ну нет, — ответил ему Питт с озорной улыбкой, — для тебя у меня припасено кое-что получше.

44

44

Без всякой шумихи два затрапезного вида буксира начали медленно отталкивать платформу «Морского старта» «Одиссей» от родного причала. Общественный интерес, сопровождавший каждый новый запуск, с годами угас, так что теперь на причала собралась, чтобы помахать своим на прощание, лишь горсточка родных и друзей членов экипажа да менеджеров корпорации. К тому же на этот раз команда платформы была менее многочисленной, чем обычно, потому и провожающих собралось совсем немного. На большой платформе работали всего сорок два человека — примерно на двадцать меньше положенного, так как многих инженеров руководитель пуска Стамп оставил помогать в ликвидации последствий пожара на командном судне. Капитан Кристиано с тревогой наблюдал с мостика «Си Лонч Коммандер», как платформа с ракетой осторожно и медленно отходит от пирса, попрощавшись с «Одиссеем» и его командой длинным гудком судовой сирены. На несколько палуб ниже его целая армия электриков и компьютерщиков не покладая рук трудилась круглые сутки, чтобы привести узел связи в порядок после пожара — все надеялись, что командное судно сможет выйти в море следом за платформой уже через три-четыре дня.

«Одиссей» ответил на прощальный сигнал Кристиано коротким гудком, донесшимся, казалось, из облаков. Главная палуба «Одиссея» возвышалась над водой почти на сотню футов. Платформа обладала самостоятельным ходом и вполне пригодна была к океанскому плаванию; буксиры ей были нужны только для того, чтобы обеспечить безопасный заход и выход из порта. Сама по себе платформа способна была стать в заданной точке с точностью до дюйма, но вот маленькие лодки и портовые объекты из расположенной на самом верху ходовой рубки были не видны, поэтому-то для безопасного движения в чересчур оживленных водах и использовались буксиры.

Массивное сооружение медленно проплывало вдоль портового мола, похожее издалека на гигантский тарантул, пробирающийся по спокойной воде. Переоборудованная нефтяная платформа Северного моря возвышалась на десяти толстых колоннообразных опорах, по пять с каждой стороны. Основания пилонов, разрезавшие волны над самой поверхностью воды, покоились на двух гигантских подводных поплавках, каждый из которых вытянулся в длину больше чем на четыреста футов. Сзади на поплавках была установлена пара четырехлопастных винтов, способных даже при волнении разогнать неуклюжее с виду судно до двенадцати узлов. При тридцати с лишним тысячах тонн водоизмещения «Одиссей» представлял собой крупнейшее в мире и самое удивительное самоходное судно-катамаран. Миновав вход в гавань Лонг-Бич, платформа проползла еще мили две, затем буксиры дали задний ход и остановились.