— Они забыли спросить, сколько штрафов за превышение скорости я плачу на суше, а сам я не догадался сообщить им, — с притворным простодушием отозвался Далгрен.

— Им и невдомек, — ухмыльнулся Дирк, — что они только что одолжили свой новехонький «Харлей-Дэвидсон» Ивелу Нивелу.[43]

* * *

В течение трех часов «Глубинный старатель» шел вдоль побережья Калифорнии, а незадолго до сумерек повернул в открытое море. Стоя на мостике, Дирк следил за продвижением судна по цветной навигационной карте на верхнем мониторе. По мере того как исчезала за кормой береговая линия, остров Сан-Клементе продвигался вверх по карте к западу от курса судна. Несколько секунд Дирк вглядывался в карту, затем обернулся к Эймсу, который стоял рядом и следил за экраном радара.

— Мне казалось, что ваши полномочия останавливать и осматривать суда ограничены двенадцатимильной прибрежной зоной? А перед нами сейчас остров Сан-Клементе, от которого до материка больше пятидесяти миль.

— При обычном прибрежном патрулировании мы действительно придерживаемся двенадцатимильной полосы. Однако восемь островов южнее Лос-Анджелеса номинально являются территорией штата Калифорния, поэтому по закону мы можем вести отсчет от них. Для нынешней же операции нам временно разрешили расширить зону действий, считая от этих островов. Пока что мы займем позицию примерно в десяти милях к западу от Санта-Каталины и будем наблюдать оттуда.

Двумя часами позже они миновали большой остров Санта-Каталина и сбросили скорость на подходе к пункту назначения. «Глубинный старатель» начал патрулирование.

Он медленно двигался по большой петле, вытянутой в направлении север — юг и лежащей к западу от острова. Судовой радар без устали вглядывался в ночь, но видел только мелкую россыпь прогулочных суденышек и рыбацких лодок да катер Береговой охраны, дежуривший немного севернее.

— Мы находимся значительно южнее главного торгового пути в Лос-Анджелес и вряд ли увидим в этом квадранте оживленное ночное движение, — сказал Эймс. — Настоящая работа начнется утром, когда появится «Икар». Пока же я предлагаю разбиться на смены и немного поспать.

Дирк понял намек и отошел к краю мостика, вдыхая полной грудью морской воздух. Ночь стояла тихая и влажная, а поверхность моря была плоской, как блин. Дирк стоял в темноте и вновь мысленно перебирал подробности встречи с Каном и чудовищные планы, о которых магнат рассказал ему и Саммер. Еще неделя, и голосование в корейской Национальной ассамблее останется в прошлом… Вот тогда органы юстиции смогут приступить к полномасштабному расследованию дела Кана. Это все, что им нужно. Неделя без происшествий. Порыв ледяного ветра внезапно дохнул в лицо Дирку. Мгновение — и как будто ничего и не было, вокруг по-прежнему царило обманчивое спокойствие.