— Эрелиева, сбегай за Марком, — велела Тиудигото. — Пусть посмотрит, что это за кашель. Кабы чахотку не подхватил…

Сама мать подошла к кровати и положила на голову Эйриха ладонь, проверяя жар.

— Какая чахотка? — усмехнулся Эйрих. — Рёбра болят неистово, но горения лёгких не ощущаю, а это значит, что не чахотка…

— Не вставай, — строго велел отец. — Пока римлянин не скажет, что можно, тебе вставать нельзя. Мы не можем потерять тебя, сын. Я не прощу себе.

— Не собираюсь, пока что, помирать, — Эйрих пощупал рукой свою саблю. — А от крови очистить не удосужились? Поржавеет же…

— Лично займусь, — забрал его оружие Зевта.

Видимо, он посчитал, что окровавленная сабля станет для валькирий наглядной демонстрацией доблести Эйриха.

— Визиготов мы много побили? — спросил вдруг Эйрих.

— Так много, что до сих пор не всех посчитали… — Зевта ободряюще улыбнулся. — Это великая победа, сын. И все знают, что её отцом являешься ты. Сенат хотел дать мне триумф, но я настоял, чтобы его дали тебе.

— Тебе я даю место рядом со мной, отец, — произнёс Эйрих.

Отец польщено улыбнулся.

Эрелиева прибежала с целителем Марком, который быстро подбежал к Эйриху и удивлённо посмотрел ему в глаза.

— Не припомню вообще, чтобы кто-то приходил в себя на четвёртый день забытья… — произнёс Марк, ощупывая запястье Эйриха. — Воины сообщали, что у тебя не билось сердце, но потом снова забилось. Я читал о таком, но сам не видел. Обычно подобное случается, как раз, при ударах копытами коня — сила его удара настолько высока, что гуморы…

— Избавь меня от подробностей, — попросил Эйрих. — Почему у меня болят рёбра?

— Трещины, — ответил Марк, прекративший свою лекцию. — Переломов я не нащупал, но трещины допускаю, а отсюда и боль.

— Как это можно вылечить? — спросил Эйрих.

— Только временем, — пожал плечами целитель. — Гуннское сушёное молоко, как говорят, сильно помогает при повреждении костей, а ещё я рекомендую настойку окопника — это тоже ускорит сращивание трещин. Прогноз у меня благоприятный, раз ты, всё же, очнулся.

— У нас есть гуннское сушёное молоко? — спросил Зевта у Тиудигото.

— Я найду! — вызвался Видимир. — Поспрашиваю у воинов. Вдруг среди гуннских трофеев есть что-то такое?

— Беги, — разрешил ему Зевта.