— А что должны делать люди ночью? — удивилась девушка. — От любовных утех тоже нужен отдых. А ты зря себя не жалеешь. И выключи в кухне свет, уже день на дворе.

— Сейчас должен приехать следователь.

— А нам какое до него дело? Ты можешь ему помочь? У человека работа такая. И прекрати дергаться. Посмотри на себя в зеркало. Ходишь как побитый пес, будто ты единственный во всем виноват.

— Я до сих пор не верю в этот кошмар. Может, я ошибся на опознании?

— Ты не ошибся.

Даша проскользнула мимо и направилась в кухню. Она достала из холодильника продукты и принялась резать колбасу.

— Я что–то не могу понять… Очевидно, до тебя еще не дошло. Твоя мать погибла!

Девушка прищурила синие глаза, прожевала кусок и, не отрывая от отчима взгляда, тихо сказала:

— Вот и ладушки. Мы и вдвоем неплохо проживем.

— Что ты городишь? Свихнулась?

— Не ори, идиот! Не подходит? Катись! Иди обними ее, и вас похоронят вместе, как Ромео и Джульетту.

— Она же твоя родная мать!

— Заладил, как попка. И что? Удавиться и не жить? Ее не вернешь! Нет ее. Понимаешь? Нет! А я есть!

Даша похлопала себя по бедру, схватила со спинки стула халат и накинула на обнаженное тело.

— Что? Плохая замена? — злобно прорычала падчерица. — Ничего мужик не рубит. Или, думаешь, денег не будет? Будут. На твой век хватит.

Олег подскочил к девчонке, схватил ее за руку и размахнулся.

— Только попробуй! Только коснись меня еще раз, и я найду, что рассказать ментам.

— Тебе не поверят!

— Значит, знаешь о чем? При необходимости можно родить. Ты в меня столько накачал, что в пору открывать инкубатор и яйца высиживать.

Даша криво усмехнулась.