— Согласен. Я так думаю, что запираться им не от кого. Все разборки позади. Если бы они ждали гостей, то водку пить не стали бы. Этот амбал вошел в номер без стука. Пнул дверь ногой и вошел.

— Ну смотри, парень! Вопрос жизни и смерти решаем. Сделали работу — и туг же ушли. Вокруг полно патрулей. Коллеги на стреме.

Капитан вытащил из чемодана две черные шерстяные шапки, взял ножницы и сделал дырки. Получилось криво, но для одноразовой работы сойдет.

Коридор третьего этажа пребывал в полудреме. Дверь в комнату дежурной была открыта, и яркий свет проливался в холл. Слабый женский голосок что–то мурлыкал себе под нос. Налетчики переглянулись.

— Лучше ее утихомирить, — прошептал капитан.

Они натянули маски на лица и взялись за оружие. Дан сигнал, и началась работа. Препоны и срывы пошли один за другим. В комнате оказались две женщины. Горничная собирала белье и складывала на полку, дежурная записывала что–то в журнал. Офицеры растерялись и почему–то оба бросились на дежурную. Горничная завизжала. Капитан ударил рукояткой пистолета одну, затем оттолкнул в сторону лейтенанта и успел прихватить вторую. Горничная попыталась выбежать в холл, но сильная рука ухватила ее за волосы. Рука взмахнула над головой жертвы трижды, удары сыпались на одно и то же место. В результате лобовая кость проломилась насквозь. В течение всего времени до последней секунды женщина издавала душераздирающий крик. Смерть оборвала ее вопли. Светлый костюм капитана превратился в буро–красный.

— Сваливаем! — рявкнул лейтенант.

— В номер, сука! — зарычал капитан, наставляя пистолет на партнера. — Вперед, ублюдок! Идешь первым, стреляешь в патлатого, здоровяк мой!

Лейтенант понял, что первая пуля достанется ему. От кого, это не имело значения. Они перескочили в режим агонии, и путь к отступлению исчез, как мираж.

Коридор все еще пустовал.

Даша перелезла через парапет и оказалась на слабо освещенной стоянке. Она не стала проходить через ворота, зная любопытство и болтливость сторожа. В будке старика все еще горел свет, очевидно, в таком возрасте люди вообще не засыпают. Пригнувшись, девушка прошмыгнула между машинами и спряталась за «фордом» адвоката.

Сторож действительно любил почесать языком. Увидев в воротах Нину с двумя сумками, он спросил:

— Неужто решили уезжать? В такое–то время?

— Нет. Я еще не уверена в этом.

Она улыбнулась, прошла на территорию стоянки. Машину пришлось искать по памяти. Электричество жгли там, где оно окупалось, а здесь каждый автомобиль имел фары. Нужно лишь найти его в полумраке. Девушке стало страшно. Без особых причин. Зря она начиталась записей малолетней убийцы. От таких идей и мыслей может крыша поехать. Марка словно подменили, он сам стал похож на маньяка с навязчивой идеей. Нина подумала о том, что ей лучше уехать. В таком режиме жить невозможно. Он казался совершенно другим человеком, она не представляла Левина раздраженным, нетерпеливым, грубым, злым, жадным. Такой он ей не нужен.