— Едем в бар «Трещащие доски». Сегодня пятница, кассир на заправке сказал, что Чейз там завсегдатай. Это маленький городишко, где все друг друга знают, — пояснила Нина, внимательно глядя на дорогу, ярко освещаемую фарами кабриолета, стремящемуся на поиски приключений.

Проехав двухэтажное кирпичное здание, Нина, затормозив сдала назад. Машина поравнялась с названием, светящимся салатовым неоновым светом и гласило: «Трещащие доски».

— Мы на месте, — сказала Нина, доставая помаду из сумки и подквашивая губы, глядя в боковое зеркало автомобиля.

Троица вошла в бар. Заведение было старомодным или в ретро-стиле, наверняка сказать было нельзя, стилизация это или естественное моральное старение заведения, застрявшего в девяностых годах. Из одной стены наполовину торчала старинная красная машина в натуральную величину с круглыми фарами, будто пыталась выехать из параллельной вселенной. Над машиной висела неоновая вывеска в виде контура автомобиля и солнца, светящего над ним. Кирпичная стена с другой стороны была обклеена наклейками с номерами различных трасс страны, преобладало количество наклеек с трассой пятьдесят. Данная трасса шла вдоль всей страны с востока на запад и делила поперёк штата Невада. Пройдя немного вперед, девушки увидели небольшую широкую лестницу ведущую вниз. Спустившись, взору предстала барная стойка, столики и толпа, каждый участник из которой будто уставился на троицу. Девушки буквально подкрались к бару и уселись на круглые стулья.

— Почему бар называется «Трещащие доски», хотя тематика автомобильная? Мне кажется, название «Дым из-под колёс» лучше бы вписывалось в местный антураж, — в шуточной манере сказала Элизабет, глядя на молодого и весьма привлекательного бармена, с татуировками на руках.

— Это заведение основал мой дед, страстный любитель авто. Всё было готово, кроме названия. Как-то я был с ним в гараже, когда он ремонтировал свою тачку. В этом гараже всегда под ногами трещали доски, и я помню этот треск, предвещающий беду. Однажды, домкрат провалился, доски не выдержали, а мой дед был под машиной. Я помню, как по доскам растекалась кровь, быстро впитываясь и затекая в щели пола, пока не зашёл отец и не увёл меня. Часть машины, которая убила деда, встречает гостей на входе, — серьёзно сказал бармен, облокотившись на стойку и кивнул в сторону красной машины у входа.

— Грустно, — сказала смущенная Элизабет, спустя минуту после этой речи бармена. Девушка не знала, как реагировать на такие рассказы. Всё что ей приходило в голову — это сказать какое-нибудь слово или фразу и замолчать в знак скорби. Гвен и Нина пристально смотрели на бармена, надеясь, что вопрос Элизабет его не разозлил, заставив вернуться в травмирующее детство.