— Все это так, — спокойно заметил Геймард. — Но мы находимся в полной безопасности. Что бы ни случилось, рискует лишь один Друмбет.
— Но сейчас, может быть, уже идут аресты, — высказал опасение Константин.
— И что мы можем сделать, чтобы предотвратить их? — спросила Сория. — В любом случае, что там могут найти? Одни разговоры и слухи. Большинство из тех, кого мы завербовали, слышали лишь то, что хотели слышать. Их роль в наших планах незначительна. Им известно лишь то, что касается их самих. Все те, кто имеет истинное представление о масштабах предприятия, находятся в этой комнате… Есть вещи, о которых не знает даже Друмбет. Например, что ты, Константин, вооружил дельфинов.
Не отвечая ей, Константин повернулся к Геймарду.
— Я хочу видеть ваших людей. Хочу знать, готовы ли они выступить по первому сигналу.
Если Геймард остался недоволен этим косвенным выражением недоверия ему, то ничем не выдал своих чувств. Только слегка дрогнули уголки рта, да еще ниже опустились ресницы.
— Хорошо, — согласился он. — Воспользуемся моим аэрокаром.
— Да, и, пожалуйста, побыстрее, — направился к выходу Константин.
В этот момент Айя сравнила его со спущенной с цепи собакой.
Мартинус и Геймард устремились за ним, стараясь не отстать и не перейти на бег.
У Айи резко упало настроение. Оставшись наедине с «искаженным» и Сорией, она почувствовала себя покинутой.
Зеленоглазая ассистентка проводила митрополита ироническим взглядом.
— Школа Радрита ничему не научила его, — произнесла она. — Он так и не овладел искусством простого ожидания развития событий.
Сория повернулась к «искаженным»:
— Извините его за грубость, он сегодня сам не свой. Но, когда дойдет до дела, лучше его не найти.
— Мы понимаем.
Это произнес другой «искаженный», что потоньше. И Айя с изумлением решила, что это женщина.
— Да, это критический период для всех нас, добавил «искаженный»-толстяк.
— Вас, кажется, и не представили друг другу, — заметила Сория. — Это, Айя, наши союзники: Адавет и Микорн.
Айю она представила им как лучшего «нашего» агента в Джасперии.